Года три назад была на встрече с Алексеем Бартошевичем (это такой знаменитый шексприровед, всем привет). Я тогда читала «Это было навсегда, пока не кончилось» Юрчака и задала вопрос про театр времен перестройки. Бартошевич ответил, что реальность тогда была гораздо интереснее театра, так что ничего интересного там не происходило и никто в здравом уме в театр не ходил. Вот о чем я вспомнила в связи с журналистом Аркадием Бабченко, который ночью умер, а только что воскрес. Не пойду седня в театр, спасибо СБ Украины.