Это разговорное выражение проникло в литературный язык из картежного диалекта. Оно первоначально характеризовало банкомета, который рвал, то есть распечатывал новые колоды и метал карты. В литературном языке это выражение начинает активно использоваться в 80-х годах 18 века. Когда азартные игры становятся любимым развлечением дворянства и военной среды. Однако уже к началу 19 века выражение утрачивает свою связь с картежной средой и активно употребляется в простом стиле: В «Преступлении и наказании» читаем: «...она... в исступление... начинала клясть судьбу, рвать и метать все, что ни попадало под руку».