На грани Одного лишь сострадания — чувства, которое в России в последнее время стало в некотором роде незаконным — для выживания тяжелобольных людей недостаточно. Им нужна финансовая помощь, лекарства, услуги квалифицированных врачей. Как ситуация в мире влияет на их лечение: — Из-за санкций разрушились многие логистические цепочки, что приводит к нарушению сроков поставок и дефициту зарубежных лекарств, расходных материалов и медицинского оборудования. Отлаженные годами схемы в один момент перестают работать. На выстраивание новых логистических процессов может уйти несколько месяцев. — Исчезают и те лекарства, которые производятся в России, но с использованием зарубежного сырья. Пока в стране есть резервы. По прогнозам, жесткий дефицит препаратов рынок увидит в конце апреля-июне. — За судьбу отдельных препаратов особенно страшно. Невосполнима будет потеря противосудорожного препарата Sabril (не зарегистрирован в России), который необходим детям с эпилепсией. Также под угрозой французский «Дриптан», решающий урологические проблемы, — его в некоторых регионах уже не найти в аптеках. — Дикие цены! Некоторое медоборудование и спецпитание для больных подорожало в 2 раза. Хорошее немецкое инвалидное кресло раньше стоило около 250 тыс. рублей — сейчас 450-500 тысяч, и его не достать. Стоимость отечественных колясок Kinesis уже увеличилась на 30%. Той суммы, что раньше хватало на покупку 17 вертикализаторов, сегодня хватает лишь на 7, если их поставлять из-за границы. — Усложнилась работа благотворительных организаций. Объемы пожертвований резко сократились, требуется расширение бюджетов и привлечение дополнительных спонсоров. Приостанавливаются поставки медоборудования и расходников в больнице в рамках благотворительных программ. — Закрытие воздушных пространств и запрет на международные перелеты приводят к трудностям доставки в Россию донорских органов. Привезти из Германии в Москву привычным способом костный мозг уже нельзя. Сейчас приходится делать это обходным путем: два курьера встречаются в Стамбуле, где немецкая сторона передает российской термосумку с клетками. Главное — уложиться в 48 часов, пока клетки не погибли! Шансы многих взрослых и детей на жизнь, на спасение или хотя бы на безболезненный уход становятся все меньше. @stalin_gulag