Обсуждение вариантов ненасильственного возвращения Крыма, о которых упомянул Зеленский в интервью Financial Times, до боли напоминает Мосульский конфликт (1918—1926). Уж слишком много параллелей. После распада Османской империи между Турцией и Мелкобританией возник вопрос о принадлежности нефтеносного района Мосул, который до распада был в составе Османской империи. После окончания Первой мировой войны Мосульский вилайет оккупировала британская армия. Кроме англичан на этот стратегический богатый нефтью район претендовали немцы, французы и американцы. Где-то военными методами, где-то финансовыми, а где-то и так, и так. Увы, еще не было тогда понятия «прокси-войн» - было бы все проще. Также турецкие националисты требовали вернуть своё, а иракские «правые» (если их можно, конечно, так называть) были против. В итоге после 8 лет споров и переговоров создали нефтяную компанию, в совет директоров которой вошли представители разных, как бы сейчас сказали ТНК (транснациональных корпораций) - банкиры, промышленники, чиновники. Ирак получил 20 % акций, Турция 25 %, остальное - попилили «белые люди», любители демократии и европейских ценностей. Кстати, компания эта существует до сих пор, называется Бритиш Петролеум. В результате довольные все: турки получили деньги, иракцы - чуток денег и независимость от турок и зависимости от англичан, европейцам достался контроль над территорией и большая часть прибыли. Нынешние реалии таковы, что ещё до СВО и в Крыму, и на Донбассе было достаточное количество объектов, которые работали и приносили прибыль, но принадлежали украинским толстосумам. Весь вопрос теперь, наверное, будет стоять в компенсации их расходов. Конечно, не напрямую, а через дочерние или совместные предприятия, а местами и просто путём подписания не самых выгодных контрактов на поставку той или иной продукции.