В спартаковском манеже, где провожали Николая Старостина, Фёдора Черенкова и многих других спартаковцев, прощаются с Ярцевым. В этот скорбный день расскажу вам ещё о Георгии Александровиче. Их счастливому объединению в штабе "Спартака" с Олегом Романцевым в 1994 году предшествовала долгая - лет на семь - размолвка. Два друга поссорились, работая вместе в "Красной Пресне". Ярцев рассказывал мне для "Спартаковских исповедей": "Олег работой с "Красной Пресней" загорелся – она была для него первой, и он хотел самому себе кое-что доказать. У меня же интереса не было. Потому мы и разошлись. Он на меня обиделся, что где-то на выезде я не встретил команду. А зачем ее встречать, если все для нее приготовлено? Они прилетели очень поздно, поскольку самолет задержался, и я в аэропорт действительно не поехал. Впрочем, понимал, что все равно не вписываюсь в эту работу. Дурацкие слухи о том, что якобы Романцев меня уволил на партсобрании, были чепухой хотя бы потому, что я никогда не был членом КПСС. Но на какое-то время мы разошлись. Не общались, а вот жены наши и дети - продолжали. Поэтому прекрасно знали, как друг у друга дела. Когда Олег возглавил «Спартак» и сразу же стал с ним чемпионом, я абсолютно не завидовал, а наоборот, радовался, что у него дело пошло". Ярцев играл за ветеранов, ездил по богатым сибирским регионам, где знаменитых футболистов прошлого (среди них был и Эдуард Стрельцов) принимали со всей щедростью. Это была весёлая жизнь, но расти в ней было некуда. Потом, к счастью, не остался незамеченным его дар красноречия, и Ярцева позвали работать на телевидение. Именно из комментаторского отрезка его жизни берет истоки восстановление отношений с Романцевым и приглашение в его штаб уже в "Спартаке". "На ЧМ-94 в США поехал комментатором. Открою тайну: когда садился к микрофону, в перерыве всегда звонил Николаю Николаевичу Озерову – что да как. В большинстве случаев он меня хвалил, критика звучала очень редко. Мне предстояло вести репортаж о матче сборной России, и тут кто-то сказал, что в «Спартаке» большие перемены, команда едва ли не разваливается. А поскольку из «Спартака» в той сборной было 10–11 человек, а сколько людей за нее болеют, вы и сами знаете, люди обратились с просьбой до эфира позвонить Олегу Ивановичу. Конечно, у меня был его домашний номер – и я его набрал. Он ничуть не удивился, хотя мы несколько лет не встречались. Спросил: «Ты уже приехал в Москву?» «Да нет, – говорю, – сейчас иду на репортаж». Ответив на все вопросы, Романцев сказал, что на следующий день после моего приезда из США хочет встретиться. Олег забрал меня на машине – мы рядом жили. Поехали в Тарасовку. А по дороге он выразил желание, чтобы я работал с ним в «Спартаке» (его прежний помощник Александр Тарханов возглавил ЦСКА). Я тут же согласился. На следующий день приступил к работе, которую вспоминаю с огромным удовольствием. А наше расставание в «Красной Пресне» вспоминали без обид: ну что поделаешь, если ему там было интересно, а мне – нет?" Романцев моложе Ярцева на шесть лет, и к 40 он уже был тренером-чемпионом СССР, двукратным чемпионом России, обладателем Кубка СССР-СНГ и России, полуфиналистом Кубка чемпионов и Кубка кубков, человеком, прошедшим "Наполи", "Реал" и "Ливерпуль". Ярцев в 46 в профессии только начинал. И то как второй. Но Олег Иванович угадал с Ярцевым-тренером на все сто. Их воссоединение случилось потрясающе вовремя для "Спартака". До незабываемого 96-го оставалось всего полтора года...