Иногда мечтаю оказаться в машине времени. Не в той, что создана Макаревичем. А та, которая бы могла перенести далеко назад. Примерно во времена, когда создавался «Спартак». Там много загадочного, даже детективного. Там, прямо говоря, одни загадки. Начиная с дня рождения основателя клуба Николая Петровича Старостина, заканчивая историей его отношений с Берией. И вот если бы я перенесся, то обязательно поговорил со Старостиным. Там много тем. Но факт в том, что я примерно понимаю, почему «Спартак» Старостина был таким привлекательным и успешным. А потому что слово «команда» равнялось слову «семья». Крамола, но последней семьей в российском футболе был ЦСКА Гинера. Не Слуцкого, Газзаева или Хуанде Рамоса, а Гинера. ЦСКА — его рук дело, а не тренеров и футболистов. Звучит радикально, но в целом вы поняли. Без организации Гинера никакие Жо и Вагнеры не принесли бы столько побед. Скорее всего, кто-то из них бы превратился в Кавенаги или Овусу-Абейе. И эти мысли случились не на пустом. Глянул видос Михаила Моссаковского, который вообще-то болельщик ЦСКА. И это видос — лучшая ретроспектива, которую я видел о Николае Петровиче: самые лучшие спикеры, лучший антураж и подача. В восторге. И вот вы говорите, что в СССР хреново работало ТВ. А ведь в 86-м Старостин в прямом (или не очень) эфире брал интервью у Лобановского. Представьте, что Александр Медведев прямо сейчас взял вью у Ваноли после Кубка России. Представили? Вряд ли. Потому что это почти нереально, но ведь было бы максимально мощно! И главное — про футбол. https://youtu.be/membKNpC2ew