Новая глобализация мягче, если можно так выразиться, и касается прежде всего информационных и энергетических потоков, регуляция которых носит в основном нерыночный характер. Эта «неоглобализация» в отличие от «палеоглобализации» 1990–2020 гг. не противоречит формированию макрозон, напротив, предполагает, требует их. Выше уже говорилось, что само формирование мировой капиталистической системы, мирового рынка сопровождалось появлением на месте прежних небольших структур крупными образованиями, империями: Карла V (I) в Западной Европе и Америке, самодержавной Московии (де-факто – империи с середины XVI в.), Османской империи, Сафавидов в Иране, Великих Моголов в Индии, Цин в Китае. «На входе» в капитализм только крупные державы могли быть значимым элементом формирующейся мировой системы, контролировать большое пространство и товарные цепи. Аналогичным образом обстоит дело «на выходе» из капитализма и «входе» в посткапиталистический порядок, который нынешняя ультраглобалистская элита хочет сделать её новым мировым порядком. Новые макрозоны (миниглобальные миры, регион-системы или регион-экономики, как сказал бы К. Омаэ) – целостности с населением 300–400 млн (это императив при нынешнем технологическом укладе; при следующем, будь то прогресс или регресс, явно должно быть меньше, возможно – в разы). Именно за создание таких зон развернулась сегодня борьба. В наилучшем положении – США и Китай, хотя они не застрахованы от вспышки гражданской войны и распада на Север и Юг (а США ещё и на Запад и Восток) – это уж как пойдёт борьба ультраглобалистов и глобалистов после того, как они «съедят», раскурочат ЕС. ЕС со всей очевидностью теряет темп и его с его сытым, стремительно глупеющим населением не ждёт ничего хорошего. Британцы, сбежавшие из ЕС именно по этой причине, из кожи вон лезут, чтобы выкроить свою зону – невидимой финансовой империи, которую начал создавать Маунтбэттен, для этого не хватает. Южный Китай, где с британцами уже более полутора веков связаны целые кланы, это теперь интегральная часть экономически могучей (пока) КНР. Именно поэтому в интересах британцев отрыв Юга от Севера, но это дальняя перспектива. В близкой, имея под собой часть арабского Востока, Англо-Арабию, они пытаются решить свои проблемы путём вторжения в зону традиционных интересов исторической России – Восточная Европа (Польша, Украина, Белоруссия), Закавказье и Центральная Азия (особенно Казахстан и Узбекистан).