Обложка канала

SOTA

16042 @sotavision

Наверное, лучшее российское СМИ.

SOTA

3 года назад
Открыть в
Леонид Волков дал интервью Ирине Шихман на 4 часа. Мы сэкономили ваше время: и пересказываем основные тезисы 👋 Волков отказался давать интервью в шаббат. Считает иудаизм не своей религией, но системой взглядов и ценностей. Его жена прошла гиюр (обращение в иудаизм). Семья его соблюдает каноны. Они – современные ортодоксы. Иудаизм Волкова не пересекается с возросшим православием Навального. 👋 Во время отравления Навального Волков нарушил шаббат, предварительно отпросившись у раввина (закон о сохранении жизни). 👋 Навальный пишет посты в соцсети сам. Штаб шлёт Навальному распечатки постов и новостей, он на их основе пишет посты. В письмах Волков и Навальный часто обсуждают религию. 👋 Неверным решением Волков считает закрытие штабов в 2021 и роспуск сети. «Мы были единственными, у кого в стране что-то было». 👋 В истории с Фридманом Волков попытался поиграть в «серого кардинала» и проиграл. С бизнесменом Волков встречался в Лондоне, но пересказать тот разговор отказался. Фридман заявил Волкову, что он и его партнеры готовы стать первым прецедентом вышедших из-под санкций лиц, начавших борьбу с Путиным. «Денег Украине дадим, публично Путина осудим». 👋 Волков считает, что Венедиктов помешан на поиске агентов Путина. Расследование ФБК было не о Венедиктове, а о мэрии Москвы. С Венедиктовым всё было понятно ещё в 2013 на выборах мэра: «Соловьёв – это пропаганда для тупых, а Венедиктов – это пропаганда для умных». 👋 Любовь Соболь не пропала, а занимается вопросами диаспоры. 👋 «Мы стараемся не заниматься интересами диаспоры». 👋 Штаб Навального никогда не устраивал митингов – они этого не умеют. Акция с фонариками была продолжением протестной активности 2021 «без посадок». Волков уверен, что они сделали всё правильно. 👋 Навальный – главный враг Путина. Это краеугольный камень прекрасной России будущего. 👋 В айтишные волонтёры ФБК записалось более 1500 человек. Штабные волонтёры при участии украинской кибер-армии провёл атаку на «Прямую линию» Путина, и этого хватило для прекращения трансляции на двух федеральных ресурсах. 👋 Объединение оппозиции вредно, потому что у него нет цели. 4+4 в оппозиции никогда не равно 8, это будет 6 или 7. В ситуации, когда выборов на горизонте нет, такое объединение приносит лишь споры. 👋 В самом начале войны ФБК оказались в самой удачной позиции по подписчикам и влиянию на инфополе. «Наши подписчики на нас не с неба свалились, их не привёз волшебник в голубом вертолёте, это результат нашей десятилетия тяжелой работы. <…> А есть Гарик Каспаров, который открывает своим именем любые двери. И мы разные. Вот есть миллион сторонников Навального, а сколько есть у сторонников Каспарова? Ноль». 👋 Одним из самых неудачных решений Волков считает коалицию с ПАРНАСом. 👋 «Политическая позиция кота Леопольда очень легко продаётся». 👋 Волков считает, что объединяться оппозиция может только под конкретную задачу – как, например, выдвижение Навального в мэры в 2013. Тогда вместе смогли сойтись люди, которые бы в иных обстоятельствах «друг другу в подворотне морды набили». 👋 «Максим Кац – молодец», но объединяться с ним Волков не видит смысла. 👋 Первый брак Волкова распался не из-за истории с ухаживаниями за будущей женой Каца Екатериной Патюлиной, работавшей с ним в одном штабе. «В коллективе из молодых перерабатывающих людей романы предотвратить невозможно». 👋 Волков считает, что Путин Навального из тюрьмы не выпустит и не обменяет ни на каких иных заключённых. 👋 По мнению Волкова, Мишустин дистанцируется от войны и является привлекательной политической фигурой для Запада. 👋 «Пригожин – списанный материал политической реальности». 👋 Путин слаб, потому что позволяет участникам своего кружка элиты конфликтовать между собой публично. 👋 Западный нарратив о том, что россияне рабы и на демократию не способны, выгоден только Путину. Некоторые украинские политики тоже это подхватывают, но они не основная сила. 👋 «Я уверен, что мы сможем что-нибудь придумать эдакое, что все скажут «вау, да», ФБК-то что дает. Как мы придумали «Популярную политику», так мы придумаем что-нибудь ещё».