​​Маски [1]. И на Марсе будут яблони цвести Новый год — пора сказок. Поэтому поговорим о сказочниках. В массовой культуре считается, что мир населен особой породой сверхгениев-миллиардеров — людей, обладающих видением будущего и, благодаря своей личной харизме, работоспособности и навыкам, способных гнуть реальность в нужную сторону. Подобно товарищу Сталину, спавшему по четыре часа и читавшему по несколько книг в сутки, Тиль, Безос, Цукерберг и прочие илоны маски (кстати, предлагаю их так и называть — маски) не покладая рук трудятся на благо человечества: проектируют полеты на Марс, строят виртуальный мир и обещают побороть смерть. Параллельно маски ворочают суммами, сравнимыми с бюджетами государств, вовлекаются в политические и военные процессы — все по личной инициативе, не иначе как от всемирной отзывчивости. Известно, что миллиардеры обладают развитой эмпатией — им тяжело спать, когда на другом конце земного шара жалобно пищит котенок. Откуда взялись эти чудесные люди? Формально маски появились где-то в 90-х годах прошлого века как продукт культуры Кремниевой долины. Тогда технологические компании начали говорить о себе в терминах «миссии», «предназначения», «видения» и «ценностей», которые, помноженные на фантазию взращенных на научно-фантастических произведениях Азимова и Хайнлайна аутичных технарей, превратились в настоящие технологические грезы. Звучит складно, но на деле прометеизм масок имеет более глубокое основание. Давайте наведем резкость в биографии архимаски — Илона Маска. В 1930-х годах в США существовало так называемое «технократическое движение» во главе с Говардом Скоттом, чьи идеи сводились к обычным в то время разглагольствованиям насчет того, что обществом должны управлять не абы кто, а эксперты и инженеры. Не стоит забывать, что риторика подобных движений — это всегда вариант маскировки. Другое дело — протоколы закрытых заседаний. Ну, или хотя бы символика. Члены движения красили машины в серый цвет, носили серые двубортные пиджаки и имели альтернативную систему имен — известен случай, когда один из них выступал перед публикой под именем 1x1809x56. Дедушка Илона Маска, молодой хиропрактик, был лидером канадской ячейки технократов и занимался идеологической подготовкой новичков. Согласитесь: теперь жест внука, назвавшего своего ребенка X Æ A-12, уже чуть менее выглядит чудаческой блажью и чуть более — сектантской традицией. К слову, до 1941 года технократы заявляли об оппозиционности коммунизму, нацизму, фашизму и социализму. Что, правда, не мешало их лидеру Скотту в свое время быть функционером Индустриальных рабочих мира — международной профсоюзной организации, известной также как «уоббли». Деятельность организации вполне традиционна для коммунистов — например, в 1905 году уоббли взорвали губернатора Айдахо Фрэнка Стюненберга. Урна с прахом его убийцы позже была захоронена в кремлевской стене. Эта отвлеченная коммунистическая завитушка не случайна. Мы ошибемся, если в исследовании генезиса масок остановимся на технократическом движении. И Тиль, и Безос, и другие маски могут производить впечатление неотехнократов. Но в какой-то момент поток фраз, почерпнутых из научно-популярных подкастов, сменяется шизофренической галиматьей, вроде того, что для омоложения нужно переливать себе детскую кровь а-ля коммунист Богданов, или мегаломанических идей о начале колонизации космоса в ближайшие 10 лет. Описывая коммунистическое общество будущего так называемый «предтеча социализма», а на самом деле один из его основателей, Шарль Фурье говорил в том же стиле: люди будут жить 144 года, зебр одомашнят, питаться все будут только десертами, а вода в океанах из соленой превратится в сладкую… Собственно, эти фантазии и есть коммунизм. На основе которых в свое время было построено огромное государство размером с континент и просуществовавшее почти сотню лет. В этом государстве, кстати, тоже собирались покорять Марс. Даже песни сочиняли: Жить и верить — это замечательно, Перед нами небывалые пути, Утверждают космонавты и мечтатели, Что на Марсе будут яблони цвести. Продолжение следует.