Последствия бедности, небрежения и насилия зависят от периода их переживания: разные части мозга более чувствительны к ним на разных стадиях развития. Гиппокамп особенно уязвим для психологических перегрузок в возрасте от трех до пяти лет, тогда как префронтальная кора — с 14 до 16 лет. Многие результаты стресса поначалу незаметны и проявляются лишь в подростковом возрасте или даже позднее. Независимо от причины, длительный стресс в ранние годы увеличивает последующий риск депрессии, психоза, посттравматического расстройства, расстройств личности, импульсивного поведения, злоупотребления алкоголем и веществами — и это еще не весь список. Не все потеряно. Важно отметить: исследования показывают, что по меньшей мере некоторые из вредоносных воздействий стресса можно обратить — если предпринять необходимые меры. Развитие мозга у грызунов, выращенных в изоляции и негодных условиях, можно спасти улучшением среды обитания: отклик на стресс у крысят, родившихся у безалаберной матери, можно нормализовать, передав их самкам, которые за ними ухаживают и вылизывают их регулярнее. Похоже, это применимо и к людям, а значит, различные вмешательства в неблагополучные условия воспитания детей могут смягчить отрицательное влияние перегрузок детства. Неблагоприятные последствия жизни в условиях нищеты можно хотя бы частично обратить или замедлить их проявление, обеспечив ребенку обилие и разнообразие умственной стимуляции. Одно недавнее исследование более 1200 американцев средних лет показало, что сердечность и заботливость матерей может хотя бы частично скомпенсировать неблагоприятные последствия бедности. Подобные вмешательства можно осуществлять на многих уровнях — от коррекции родительского поведения до образовательной и социальной политики. Однако решающую роль здесь играет время: вмешательство важно осуществить чем раньше, тем лучше. Сказать такое, конечно, гораздо проще, чем сделать. При этом есть и другие факторы — генетическая предрасположенность, например, — которыми уж точно никак не получится управлять.