(окончание)

После этого начинался главный ритуал дня — из дома невесты в дом жениха выступала процессия. Ее часто называют колесничной, но колесницы для боевых и любых других действий не использовались уже несколько веков, так что их изображения на керамике, вполне возможно, тоже художественное преувеличение. Поскольку важный элемент процессии составляли факелы, происходило дело, скорее всего, после наступления темноты. Факелы несли матери брачующихся; невеста держала кастрюлю или решето — символы домовитости.

В доме жениха невесте предлагали съесть спелый плод; на жениха и невесту гости обрушивали ливень мелких предметов — фиников, монет, сухофруктов, орехов. Оба обычая, опять-таки, были призваны привлечь плодородие. (Разумеется, имелось в виду только женское плодородие. Греки не считали, что у мужчин тоже есть какая-нибудь фертильность, а Аристотелю представлялось, что женщина — это просто сосуд для выращивания плода, в то время как вся наследственная “информация” передается через отцовское семя. Что, кстати, думали древнегреческие философы и ученые про детей, которые представляли собой вылитых матерей, неясно.)

Затем наступал очередной важнейший этап церемонии — снятие покрывала с невесты. Разумеется, это символическое действие было сексуально заряжено, и именно после него невесту наконец отводили в брачные покои и оставляли наедине с женихом. Празднование придолжалось; у дверей опочивальни на страже стоял друг жениха — проследить, чтобы невеста (или жених, мало ли) не сбежали, а остальные гости громко распевали непристойные песни и громко стучали в двери спальни, чтобы отвадить злых духов.

Третий день празднеств назывался эпаулия; в этот день происходил обмен дарами. Отец невесты дарил ей разные косметические товары типа мыла и благовоний; сама невеста передавала новоиспеченному мужу предмет одежды, вероятно, связанный ей самой — как знак ее экономической состоятельности (не забудем, что слово экономика происходит от греческого οίκος, ‘дом’).

Завершающим ритуалом трехдневных свадебных празднеств был пир, на который собирались исключительно мужчины, но готовила его (или, по крайней мере, участвовала в его приготовлении) молодая жена. Потом эта самая молодая жена отправлялась, чтобы посвятить свой лутрофорос нимфе. В Афинах это святилище находилось непосредственно на южной стороне от Акрополя, и там потом нашли много фрагментов посвященной посуды.