Эта книга, как справедливо указано у Винарского — не обо всем наследии Аристотеля (он, слава богам, про политику, риторику, литературу и бог знает что еще чего только не написал), а в основном о его биологических трудах и о том, как его мысли легли в основу всей будущей науки (в смысле science; в смысле humanities тоже, но об этом надо писать отдельную книгу). Она, может быть, немного затянута — но с другой стороны, мне лично хотелось, чтобы она подольше не кончалась.