(К событиям в Каталонии.)
Самый успешливый борец с властью римских легионов — возможно, за всю историю римских захватов — был Вириат, сражавшийся с римлянами на территории западной Испании (в тогдашнем, а не нынешнем смысле) во II веке до н. э. В нынешней географии область деятельности Вириата — это скорее Португалия, и та часть полуострова, к которой он обычно приписывается (Лузитания) — это тоже в основном нынешняя Португалия, хотя и не совсем (северная часть Португалии входила в провинцию Галлецию, а Эстремадура и Саламанка в нынешней Испании, наоборот, были вполне лузитанские). Вириат, по некоторым сведениям, был как раз из самой что ни на есть португальской глуши типа Сьерры да Эштрела, но вообще про него ничего точного или осмысленного не известно — дело давнее и легендарное.

Суть же заключалась в том, что с римлянами он сражался весьма успешно, как в генеральных сражениях (странно, что по-русски нет нормального аналога выражению pitched battle), так и в действиях более или менее партизанских. В одном из таких боев, возле Сьерры-Морены, Вириат заманил римское войско под командованием Квинта Фабия Максима Сервилиана в засаду (мне кажется или в фильме “Гладиатор” главный герой был как-то связан с этим родом?), но благородно отпустил и самого военачальника, и все его войско, вынудив римлян к договору. Тит Ливий считает, что хотя с военной точки зрения Сервилиан промахнулся, договор был нормальный. Но римлянам он как-то не пришелся по сердцу.

Вириат, как гласит предание (а времена, о которых идет речь, находятся как раз на границе между чистым преданием и надежной историей), послал к римлянам посольство с целью заключить мир, но послы — с выдуманными, скорее всего, именами Аудакс, Дитакл и Минур — были перевербованы римлянами и, вернувшись в лузитанский лагерь, убили спящего Вириата. После чего они обратились к римлянам за обещанной наградой, но римский начальник сообщил им, что “римлянам никогда не бывает приятно, если генерала убивают его собственные солдаты” или, по версии, которая до сих пор популярна в Иберии, “Рим не платит предателям, которые убивают своего предводителя”. Римскому военачальнику, между тем, Сенат тоже триумфа не предоставил: нехорошо.

Борьба лузитанцев с римлянами продолжалась еще долго, вплоть до Августа, а потом они довольно быстро романизировались (и, как мы знаем, до сих пор говорят на романском языке). Личность же Вириата продолжает будоражить умы португальцев и испанцев — и статуй много, и Камоэнш в “Лузиадах” его славит, и испанский сериал Hispania: La Leyenda 2010—2012 годов про него рассказывает.