Хорошо, что среди людей, которых я любил - смотрел, слушал и восхищался - практически не оказалось откровенных дураков и мерзавцев. Впрочем, большинство из тех, кого я любил, уже умерли. Стыдно сказать, я и рад этому - можно думать о них хорошо и сохранять хоть какую-то опору.