Сколько помню себя, люди, которые хотели меня продавать, начинали с того, что пытались сделать меня кем-то другим. Дескать, если я стану немного “лучше”, из ста условных человек моей аудитории меня купят уже не пятеро, а десятеро. А я говорил, ну нет же, не надо продавать меня тем, кто и так меня знает - они про меня уже все поняли. Давай лучше превратим эту условную сотню в условный миллион, а покупать меня будут все те же пять процентов, м? И вот тут-то наши отношения, как правило, и заканчивались.