В ЦРУ шпионам обещают много, но платят с неохотой

И всё же самым распространённым мотивом предательства были и остаются деньги. Особенно это понимали и понимают в ЦРУ. Бывший начальник 19-го отдела Второго главного управления КГБ Василий Картузов рассказывал: В вербовочной работе американцы всегда делали ставку на материальное вознаграждение. Действовали бесцеремонно и прямо. Скажем, только за признание дипломата или представителя торгпредства о своей причастности к разведке ему полагалась весьма приличная сумма в валюте. Представьте себе, что такое, скажем, лишние 500 долларов в ситуации, когда командировочные были 10–20 долларов в день. Ветеран контрразведки не преувеличивал – то, что ЦРУ делало ставку именно на материальный аспект, подтверждал Олдрич Эймс. По его словам, оперативников изначально учат использовать деньги как наживку. Наличные – это крючок, чтобы агент чувствовал себя обязанным, – пояснял Эймс. – Нередко мы платили безумно щедрые вознаграждения за абсолютно бесполезные материалы. Нам они были не нужны, просто так "цель" привыкала носить документы.

Другой вопрос, сколько платят шпионам. В 1971 году вербовка сотрудника КГБ Леонида Полещука обошлась резиденту ЦРУ в Непале Джону Беллингхему в 300 долларов – ровно столько Полещук проиграл в карты из служебной кассы в местном казино, понял, что за это его вышибут со службы, и пошёл за деньгами к американцам. Став постоянным агентом по кличке Way, предатель выбил себе повышенный гонорар – в 1985 году бухгалтера посольства США в Москве Пола Залаки взяли, когда он закладывал в тайник для Полещука 20 тыс. рублей, а дома у изменника нашли драгоценности на 65 тыс. рублей. Сумма по советским меркам солидная, но не баснословная – примерно в это же время у директора Геленджикского треста столовых Берты Бородкиной при обыске изъяли 500 тыс. рублей.

Неужели американцы так скаредничали? Вовсе нет, объясняет хроникёр ЦРУ Пит Эрли, просто если агенту заплатить чересчур много, есть опасность, что он пустится во все тяжкие и привлечёт к себе внимание. Как тот же Олдрич Эймс, которому КГБ, а затем СВР регулярно передавали крупные суммы наличными. Так, только в 1992 году он получил 130 тыс. долларов. Было за что – Эймс выдавал самые тайные тайны американской разведки. Увы, деньги вскружили ему голову. Эймс не просто шиковал – стал жить нарочито роскошно. Мы были поражены его расточительностью! Ладно бы он просто покупал красивые вещи… Но эта ненасытность! Одних часов от Гуччи было мало. Он не успокаивался, пока не покупал четыре или пять пар, – свидетельствовала его сестра.

Потому в ЦРУ придумали выход. Агентам обещают передавать часть гонорара на руки, а часть зачислять на счёт в американском банке. Именно так, в частности, в Лэнгли работали с одним из своих лучших шпионов в СССР – Адольфом Толкачёвым, проходившим под кодом "Сфера". Скромный инженер из оборонного НИИ передал совершенно секретные сведения о советских авиационных локаторах, что позволило крылатым ракетам и самолётам НАТО избегать радаров. За это в ЦРУ его прозвали "шпионом на миллиард долларов". Сам Толкачёв взамен получил от американцев порядка миллиона рублей наличными. А также кассеты с записями западных рок-групп, импортные карандаши и ластики – советский дефицит сказался даже на шпионаже! Кроме того, на заокеанском счёте Толкачёва скопилось порядка 2 млн долларов. Вот только когда в 1990 году жена расстрелянного шпиона, страдающая от рака, обратилась в американское посольство, ей ничего конкретного по поводу денег не ответили.

То, что получить обещанные деньги надо ещё суметь, знает и бывший майор КГБ Виктор Шеймов. Будучи сотрудником восьмого главного управления, он занимался обслуживанием технических систем защиты информации в советских посольствах за границей, а также в зарубежных резидентурах КГБ. В 1979 году, находясь в Варшаве, Шеймов вышел на контакт с ЦРУ, предложив рассказать всё о системах секретной связи, если его вместе с семьёй вывезут из СССР.