— Что такое Заколдованная Рубашка? — выговорил Пол непослушными губами.
— К исходу девятнадцатого столетия, — сказал Лэшер, — новое религиозное течение широко распространилось среди индейцев, населявших эту страну, док.
— Колдовские танцы, помнишь, Пол?
— Белые люди нарушали свои обещания одно за другим, они перебили большую часть дичи, отобрали большую часть земель у индейцев и каждый раз жестоко разбивали их в бою, когда те пытались оказать какое-либо сопротивление, — сказал Лэшер.
— Бедные индейчики, — пробормотал Пол.
— Это очень серьезно, — сказал Финнерти. — Слушай внимательно, что тебе говорят.
— Без земли, без дичи, без возможности защитить себя, — сказал Лэшер, — индейцы вдруг обнаружили, что все то, из-за чего они гордились собой, все то, что наполняло их сознанием собственной значимости, все то, в чем они находили оправдание своего собственного существования, — все это либо ускользало, либо уже ускользнуло у них из рук. Великим охотникам не на что было охотиться. Великие воины не возвращались к своим очагам после атаки на оснащенные многозарядными винтовками позиции. Великим вождям некуда было вести свой народ, разве что на верную смерть или в глушь лесов и пустынь. Великие религиозные вожди уже не брались более утверждать, что старая религия приведет их к победе и изобилию.
Пол, очень впечатлительный под действием наркотика, глубоко был опечален несчастиями, выпавшими на долю краснокожих.
— Господи!
— Для индейцев мир изменился самым радикальным образом, — сказал Лэшер. — Он стал теперь миром белых людей, и места в этом мире белых индейцам не было. В этом измененном мире невозможно было сохранить значение старых индейских ценностей. Единственное, что оставалось им, — это превратиться в белых людей второго сорта, иначе говоря — в слуг белых людей.
— Либо дать последний бой, отстаивая весь свой старый уклад, — мрачно вставил Финнерти.
— И религиозное течение колдовских танцев, — сказал Лэшер, — как раз и было это последней, отчаянной попыткой защитить старый уклад. Появились мессии, которые всегда готовы появиться, и стали прославлять новые магические средства, которые могли бы вернуть дичь, старый уклад, старые основы бытия. Появились новые ритуалы и новые песни, которые призваны были изгнать белых людей магическими заклинаниями. А некоторые из наиболее воинственных племен, сохранивших еще немного сил для борьбы, придали этому общему течению свое собственное направление — Движение Заколдованных Рубашек.
— Ого, — сказал Пол.
— В последнюю схватку они решили ринуться верхом, — сказал Лэшер, — в заколдованных рубашках, сквозь которые не смогут пройти пули белых людей.