Им долго жить - зелёным великанам, Когда пройдёт блокадная пора. На их стволах - осколочные раны, Но не найти рубцов от топора. И тут не скажешь: сохранились чудом. Здесь чудо или случай ни при чём... ...Деревья! Поклонитесь низко людям И сохраните память о былом. Они зимой сжигали всё, что было: Шкафы и двери, стулья и столы. Но их рука деревьев не рубила. Сады не знали голоса пилы. Они зимой, чтоб как-нибудь согреться - Хоть на мгновенье, книги, письма жгли. Но нет садов и парков по соседству, Которых бы они не сберегли. Не счесть погибших в зимнее сраженье. Никто не знает будущих утрат. Деревья остаются подтвержденьем, Что, как Россия, вечен Ленинград! Им над Невой шуметь и красоваться, Шагая к людям будущих годов. ...Деревья! Поклонитесь ленинградцам, Закопанным в гробах и без гробов. Юрий Воронов, «Ленинградские деревья» Каждые четыре минуты в осажденном городе умирало три человека. Холод, голод, болезни, раны. В центре города нет ни одного здания, ни одного подъезда где бы в те страшные 900 дней не умер бы человек. Знаете, почему Город выстоял? Потому что в нем, все страшные три года рождались дети. 98 тысяч маленьких Ленинградцев пришли в этот мир посреди ужаса и страданий осажденного города. Чтобы детишки выжили, в Педиатрическом институте организовали ферму. Молоком трех породистых коров кормили малышей, у матерей ребятишек молока не было. Причина тому - голод, холод, болезни. Город выстоял потому что у всех Ленинградцев была надежда. По этому не рубили деревья, берегли отборное зерно в Институте растениеводства, кормили птиц и зверей в зоопарке. Жили и надеялись. Когда у человека есть надежда - его не сломить. Помните об этом, товарищи Дамы и Господа.