Восхищает, конечно, религиозность в современном мире. К примеру, одна из наград праведникам в исламе - это гурии, прекрасные черноокие девы, которые будут ублажать достойных в тенистых райских садах. В разных вариациях священного писания там располагаются то гурии, то супруги из мирской жизни, которых вновь сделают красивыми, молодыми и девственными. Девственными, видимо, для более приятных ощущений. То есть по факту в раю те, кто смиренно исполнял предписания, смогут стать рабовладельцами. Вот это цель, вот это благородство. Вы можете сказать, что смысл жизни (посмертия) этих гурий и жён как раз и заключается в том, чтобы обслуживать праведников, но тогда это симуляция, а не настоящие люди/cущества. Вы уж извините, но что-то я не встречала ни одного человека в здравом уме, который бы радовался статусу вещи. Да ещё и непременно новой, без нарушения целостности упаковки. Там гурии каждое утро вновь должны становиться девственными. Потому что опытные женщины — это страшно? Потому что женское тело обязано быть таким, каким надо мужчине? Что же остаётся несчастным одноразовым женщинам без суперспособностей к восстановлению? (Тут лирическое отступление, потому что я задумалась, восстанавливается ли каждый раз плева у Лоры Кинни) Райские девы описываются ещё и как «потупляющие взоры». И дело тут не в скромности. Забудьте. Скромность — это насильно прививаемое сдерживание амбиций, призванное возвести контроль в статус добродетели. Всё это о власти. О неравенстве. Об удовлетворении эго и похоти. Конечно, можно списать весь проглядывающий гедонизм на метафизику, образность и аллегории. Но что-то мне подсказывает, что это просто был грамотный таргетинг своего времени, который чётко определял желания потребителей идеологии.