«Айзек силён. Всегда таким был. Да, он буквально повёрнут на Пресли и Орбисоне, но как красиво! Он не стал имперсонатором, не строил карьеру в музыке на чужих костях. Он удержался на самом краю — шёл себе и шёл вперёд, со своей музыкой и со своими очень узнаваемыми по стилю альбомами: «Можешь остаться со мной, детка. Можешь проваливать к чёртовой матери. Даже если мне и не всё равно — ты этого не увидишь и никогда об этом не узнаешь...»