Дитя, сестра моя

«Я как-то сразу его запомнил — Давид Тухманов. Это было так просто, отпечаталось в памяти само. Как и песня-плач никем не виданного, сгинувшего на чужбине студента, подхваченного и вознесённого в миг последний всемогущими богами рваных плащей и долгих дорог — вагантами. Ваганты поразили меня совершенно. Позже, разыскав и прочитав всё дошедшее из них до нас, я понял: там были сплошь заклинания. В каждой строчке».