Думаю, что все желающие посмотрели видео, где украинские нацисты пытают наших пленных выстрелами по ногам. Саша Коц вспомнил, как в чеченскую войну командиры показывали нашим солдатам видео, где весёлые террористы обезглавливали наших пленных. Это видео было очень популярно среди белорусских змагаров, они смаковали кадры и рассылали по Сети. Но было кое-что и пораньше... В 1969 году, для приведения в чувство бойцов советско-китайской границы, офицерам и бойцам показывали фильм, о том, что сделали с нашими ранеными. Мне было лет 12, когда об этом мне рассказал отец, лейтенант в/ч 2495 (кто в теме, поймёт). В 2012 году я написал о тех тщательно забытых событиях в своём четвёртом романе "Тонкая зелёная линия": "...Ты куришь. Пальцы чуть дрожат. В иной раз тебе было бы мучительно стыдно – у настоящих парней не дрожат пальцы. Ты же дрался до первой крови. Ты уже дрался до остервенения. Тебя уже убивали. А сейчас ты смотришь на соседа и с благодарностью и диким облегчением видишь, что и его пальцы дрожат. И он тоже впивается в сигарету поцелуем утопающего. Ты корчишься, прячешься внутри себя, тебе бы спрятаться ото всех и уткнуться лицом в ноги любимой мамы и выкричаться на весь белый свет. Ты сжимаешь кулаки до боли. Костенеешь от бешенства, но боишься закрыть глаза. На веках изнутри вечная татуировка. Ты никогда не забудешь увиденное. Ты боишься почувствовать то, что чувствовали они – те, кто только что дрожал черно-белыми тенями на экране. Это ты лежишь на льду Уссури. Слышишь? Что же ты?! Это тебя переворачивают на спину чужие руки. Зачем расстегивают сырой от крови ватник? Ты уже успел догадаться?! Ты слышишь, как пузырится твоя кровь – штыки пробивают разорванную пулями грудь – «Кха! Кха! Кха!». Ты открываешь рот – ты же еще дышишь, ты живой! – и приклад автомата забивает соленым крошевом зубов хрипящее горло. Как это – когда трехгранный штык входит в глаз живого человека?! Ты незряче хватаешься раздробленными пальцами и пытаешься удержать вываливающуюся из живота горячую слизь. Штыки пробивают пах. Господи! Это твоя последняя граница, лейтенант. Ты - боль. Ты - ужас. Ты - смерть". P.S. Тогда в издательстве "Граница" эту книгу назвали "очень-очень странной" и "ненастоящей".