ЭКСПЕРТЫ/Незыгарь.
Социология показывает высокий уровень внимания российского общества к арабо-израильскому конфликту. Происходящее отражается на общественных настроениях внутри России.

Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин:
Абсолютное большинство россиян нейтрально по отношению к конфликту. Симпатии с ходом конфликта сдвигаются в сторону палестинцев, так как ужас от террористического нападения 7 октября быстро уходит, а сообщения о гибели людей и разрушениях в Газе носят постоянный характер. Палестинцам изначально симпатизировали мусульмане, потом к ним стала присоединяться значительная часть россиян старших поколений, в советские годы искренне осуждавших «израильскую военщину». На стороне Израиля в основном либерально настроенные жители мегаполисов.

Журналист Кирилл Шулика:
Скорее, за ситуацией на Ближнем Востоке следят, как за футбольным матчем. С учетом особого отношения телевизора к Палестине, то большинство болеет за арабов. Но и в Израиле у многих есть какие-то друзья или родственники. Понятно еще и то, что внимание медиа конфликту уделяется довольно много, что логично в условиях конфликта на Украине. При этом еще есть советская, так сказать, память, когда пропаганда поддерживала арабов и их «борьбу с мировым сионизмом». Однако, наверное, самые внимательные зрители тут именно мусульмане, которые ориентируются даже не на телевизор, а на мечети. Следствием этого стали события в Дагестане.

Главный редактор сетевого издания «РОСБАЛТ», доцент Финансового университета при Правительстве РФ Николай Яременко:
Тренд на широкие уличные акции сторонников/противников арабов/евреев почти одновременно проявился и вроде бы синхронно развивается на Западе и в России. И все-таки есть принципиальные нюансы, о которых стоит сказать отдельно. Даже зараженный опасными левыми идеями, мир все-таки пока не переходит «от слов к делу» - нет погромов, каких-то акций, которые, к примеру, являются привычными при куда менее значимых для масс событиях – скажем, саммитов G7, когда покрушить офисы транснациональных корпораций или банально Макдональдс считалось чуть ли не обязательным информационным фоном. В России же протесты оказались более «горячими», что показали не только события в Дагестане, но и волнения в соседних республиках. И вместе с тем, прогнозировать дальнейшую политизацию российского общества на фоне этого конфликта я бы не стал. Дело в том, что при общих чертах зарождения конфликтного противостояния, здесь сильны экономические и – особенно – конспирологические факторы, которые активно занимают умы населения. На этой основе ситуация может быть взрывоопасной, но точно не долговечной.

Эксперт в сфере безопасности, офицер ФСБ в запасе Сергей Храпач:
Как показывают социологические опросы, симпатии россиян на стороне палестинцев, что связано как с периодом их взросления, во время которого СССР активно помогал «борцам за освобождение Палестины» в борьбе против «израильской военщины» под соответствующую идеологическую обработку, так и с наличием чувства солидарности российских мусульман с единоверцами в Секторе Газа. Безусловно, единого отношения к событиям в Израиле у россиян нет и быть не может, соответственно, конфликт будет порождать раскол в обществе. Для власти важно не допустить, чтобы идеологический раскол не превратился в активный антисемитизм с погромами и нарушением общественной безопасности, а усилия лидеров общественного мнения должны быть направлены на купирование последствия такого раскола.

Директор федеральной экспертной сети «Клуб регионов» Сергей Старовойтов
Мы видим, что уровень включенности российского общества в арабо-израильский конфликт зависит от степени включенности российских медиа в этот конфликт. Не нужно забывать и о факторе социальных сетей, о чем, собственно, и сказал президент на недавнем Совбезе. На примере Дагестана мы увидели, что эта ситуация резко радикализирует исламскую часть российского общества. Проще говоря, российские мусульмане требуют от официальной власти занять более жесткую антиизраильскую позицию.