🌗 Для непродолжительности «конца истории» оказались критичными как догматизм американской внешней политики, так и сочетающийся с ней реализм. Смесь порождала нежизнеспособные авантюры вроде демократизации Афганистана, с одной стороны, и отходы от канона, выражавшиеся в двойных стандартах и нахрапистом продвижении своих интересов под благими лозунгами — с другой. Первое вело к расходу ресурсов и подрыву веры во всемогущество гегемона. Второе — к подрыву доверия и растущему скепсису со стороны других крупных игроков. Сначала Россия, а затем к схожему пониманию стал приходить и Китай. В России это понимание стало возникать в процессе продвижения НАТО на Восток и транзитов на постсоветском пространстве, воспринимаемых Москвой как «хакинг» политических систем соседних государств. В Китае оно утвердилось позже, когда Дональд Трамп, не моргнув глазом, повёл активную атаку на Китай в виде торговой и санкционной войны. Впрочем, ответ Москвы и Пекина оказался разным. Россия стукнула кулаком по столу в 2014 году, а затем и вовсе перевернула стол со всеми картами, шахматами и прочими настольными играми в 2022 году. Китай начал усиленно готовится к худшему сценарию, пока открыто не бросая вызов США. Но и без такого вызова он воспринимается в Вашингтоне как более опасный и долгосрочный противник в сравнении с Россией. В 2022 году остатки былой эпохи «конца истории» окончательно ушли в прошлое. Однако возврата к холодной войне тоже не произошло. Мотивация российской политики связана в основном с интересами безопасности. Она не является производной от идеологии, хотя и включает компоненты идентичности «русского мира», а также исторические мотивы противодействия нацизму. Глобальной идеологической альтернативы, сопоставимой с либерализмом, Россия не предлагает. Пока с такими инициативами не выступает и Китай. Конфликт России и Запада, по всей видимости, затянется на десятилетия, независимо от того, как именно и на какой линии завершится конфликт на Украине. В Европе Россия будет играть роль Северной Кореи, обладая, вместе с тем, значительно большими возможностями. Хватит ли у Украины сил, воли и ресурсов, чтобы стать европейской Южной Кореей — большой вопрос. Конфликт России и Запада приведёт к укреплению роли Китая как альтернативного финансового центра и источника модернизации. Усиление Китая лишь ускорит наращивание его соперничества с США и их союзниками. «Конец истории» кончился возвращением к её привычному течению. Иван Тимофеев @sanctionsrisk для @valdaiclub о том, как кончился конец истории, и что будет дальше. russiancouncil.ru/analyti…-istorii