Россия не вписалась в то мироустройство, где главным архитектором выступает коллективный западный «центр силы», замыкающийся на США. Кризис в отношениях с Западом не означает «вычеркивания» или «закрытия» Запада для российской внешней политики как возможного партнера если и не для сотрудничества, то для диалога. Поворот России в сторону «не-Запада» не следует воспринимать как тотальное отторжение «коллективного Запада». В той или иной части «западный вектор» для России сохраняется, напоминая в некоторых чертах ситуацию времён «холодной войны». Но вся повестка отношений России с «коллективным Западом», если не принимать в расчет вышеупомянутый военно-стратегический элемент, рухнула в одночасье. Общее настроение в наших политических и экспертных кругах скорее оптимистическое. Пока это — общие надежды. «Дорожной карты» нашего движения на Восток нет и даже контуры не очерчены. И это несмотря на все разнообразие наших двусторонних связей с отдельно взятыми восточными странами. У нас, если не считать постсоветские государства ОДКБ, не существует с «мировым большинством» таких форматов военно-стратегических союзнических отношений, которые позволяли бы рассчитывать на формирование систем военной безопасности. Нет и систем экономических отношений, нет устоявшихся отлаженных торговых цепочек, позволяющих получать передовые технологии, создавать совместные валютные и платежные системы, максимально использовать и монетизировать наш экономический (в первую очередь, сырьевой) потенциал. Всё это придётся создавать практически с чистого листа. Сегодня нам нужна «новая восточная политика». Нужна, прежде всего, потому что мы не можем продвигаться на Восток только с общими декларациями о созидании силами «не-Запада» более справедливого и равноправного миропорядка. И сколь бы важны ни были заявления, но от России ждут большего. «Не-Запад» ожидает от России реальной содержательной политической концепции отношений, особенно, если мы претендуем на создание нового миропорядка, альтернативного существующему. Нам важно предложить потенциальным партнерам четкие перспективы нашего совместного развития, основные направления приложения наших сил и возможностей. Восток хочет понять, что же на практике означает наш декларативный поворот в его сторону. Михаил Маргелов о необходимости четко сформулированной стратегии и тактики «поворота на Восток» russiancouncil.ru/analyti…-vostok-