🇹🇷 Недавний теракт произошел в весьма подходящий для руководства Турции момент — когда идёт бескомпромиссная борьба за голоса избирателей в преддверии парламентских выборов, запланированных на май. В 2015 г. из-за террористической активности, сплотившей нацию, за пять месяцев рейтинг партии президента поднялся на 9%, а возникшая необходимость купировать проблемы в сфере безопасности рассеяла политическую неопределенность. И в 2015 г., и сейчас теракт породил разнообразные конспирологические теории. Вместе с тем даже в оппозиционной HDP, которую часто обвиняют в симпатиях к РПК, склонны считать теракт провокацией «третьих сил», а не обвинять в произошедшем правительство. Однако, несмотря на все возможные внутри-и внешнеполитические дивиденды от проведения военной кампании в Сирии, сегодня Турция минимально готова к ее запуску; и все дело в ее сирийских союзниках. Сейчас Сирийская национальная армия (СНА), созданная Турцией из различных оппозиционных группировок и выступавшая в качестве ключевого компонента наземных операций против курдских леворадикальных формирований, находится в состоянии «полураспада», после того как в начале октября случился конфликт между ее группировками. Поэтому у Турции остается два варианта. Первый — сделать ставку на радикалов из ХТШ, что приведет к серьезным имиджевым потерям, даже если эти формирования будут использоваться под чужим флагом, учитывая их террористическую сущность. Второй — провести операцию с опорой на собственные вооруженные силы, что чревато большими потерями турецких военнослужащих; это может смазать весь позитивный внутриполитический эффект от проведения такой операции. Кирилл Семенов @semenovkirill о внешне- и внутриполитических последствиях теракта 13 ноября и турецкой операции возмездия «Коготь-меч». russiancouncil.ru/analyti…-sosedey