Глазго был об амбициях – лидеры давали обещания, Грета Тунберг обвиняла их в нерешительности, переговорщики обсуждали порядок пересмотра целей, главная интрига текста итогового документа заключалась в том, используют ли по отношению к углю слова phase out или phase down, активисты настаивали на переходе от слов к делу, и все вместе как-то незаметно признали в качестве основной цель в 1,5 градуса. Шарм-эль-Шейх был о справедливости. Развивающиеся страны корили развитые в невыполнении прежних обещаний дать 100 млрд долл. в год, активисты требовали климатической справедливости, место Греты заняла 10-летняя ганка Накеят Драмани, требующая помощи бедным странам, на самом видном месте стоял павильон Just Transition, а главная интрига состояла в том, создадут или не создадут фонд компенсации ущерба и потерь. У дальнейших саммитов есть довольно хороший потенциал развития второго измерения: у бедных стран сильная позиция, поддерживаемая активистами и легко превращающая в ультиматум, вполне эффективный в условиях, когда Запад не может допустить провала климатических конференций. Игорь Макаров об итогах COP27 https://t.me/igor_a_makarov/75