Перспективы евразийской экономической интеграции в «постфевральской реальности» обсудили эксперты в рамках VI семинара РСМД, @imemo_ran и @MEiMO_Journal. Видео и тезисы семинара опубликованы на сайте РСМД russiancouncil.ru/news/ek…egratsii Иван Тимофеев @sanctionsrisk: — Сейчас можно наблюдать следующий феномен: дружественные страны не присоединяются к санкционному давлению против России, но и не развивают взаимодействия с ней, в том числе на уровне бизнеса, реагируя на угрозы введения ограничительных мер западными странами, и уровень интеграции не растет. Сергей Афонцев: — Новая реальность для ЕАЭС существенно отличается от той, которую прогнозировали при создании организации. — Сегодня партнеры по ЕАЭС играют новую роль для России в условиях санкционного давления и противостояния со странами Запада и не только. Елена Данилова: — Сейчас ЕАЭС необходимо принять несколько решений стратегического характера, в том числе определить уровень амбиций для дальнейшей деятельности организации. Предстоит ответить на ряд вопросов: следует ли Союзу разрабатывать планы на далекое будущее или лучше сосредоточить усилия на решении насущных вопросов, например, повышении товарооборота, возможно ли формирование независимой от доллара системы взаимных расчетов и др. Александр Данильцев: — Важно принять плюрализм мнений внутри ЕАЭС как данность, которую невозможно изменить, принятие любых решений внутри объединения сопряжено со столкновением суверенитетов. Исходя из этого, в ЕЭК необходимо разработать механизм оперативного решения вопросов, особенно технического характера, чтобы глобальные разногласия не тормозили процесс. Андрей Точин: — Глобальная и стратегическая задача России сегодня — сохранить своих партнеров по Союзу, для этого необходимо продумывать действия и вести себя осторожно, развивать инфраструктурные проекты и единую систему платежей. «Стратегия 2025» была написана в принципиально иных макроэкономических условиях, ориентироваться только на нее уже нельзя. Елена Кузьмина: — В сфере транспортного взаимодействия необходимо определить, насколько для партнеров по ЕАЭС действительно важен маршрут «Север — Юг», и будут ли перевозки через Каспийское море такими выгодными, как предполагается. Аза Мигранян: — Инициатива в организации должна исходить от крупнейшего игрока — России, чтобы подтолкнуть всех участников к более активному внутреннему взаимодействию. В ином случае ЕАЭС обречен на инерционное существование. Александр Королев: — Инициатива должна исходить не только от российской стороны, все члены ЕАЭС должны выступать с предложениями вместо того, чтобы ожидать действий России. Именно подобный односторонний подход способствует инерционным трендам внутри Союза.