🇵🇰 После покушения на Имрана Хана 3 ноября в глазах однопартийцев и сторонников его уже сформировавшийся образ героического борца за свободу дополнился одной важной чертой — лидер оппозиции стал еще и мучеником, пострадавшим за свои идеи. Покушение ознаменовало совершенно новый виток развития протестов, которые, с одной стороны, частично приняли более агрессивную форму, а с другой — обрели новые лозунги. Один из важных аспектов развития Техрик-е Инсаф, который по различным причинам часто выпадает из новостных и аналитических статей, — это своего рода цикличность используемых методов и риторики партии. И риторика Имрана Хана, и методы противостояния в 2022 г. и в 2013–2014 гг. во многом схожи: используется дихотомия «свой» и «чужой», которая дополняется третьей силой в лице Вооруженных Сил; даются абстрактные объяснения поражениям («влиятельная тройка» или «иностранный заговор»); активно используются социальные сети для проведения в них мобилизационных кампаний и создания персонализированной связи между политической силой и сторонниками. Однажды применив методы, которые способствовали его приходу к власти, Имран Хан применяет их и сейчас в надежде вернуться в кресло премьера. Новый виток протестной активности после покушения на его жизнь покажет, сможет ли он вновь оказаться на вершине политического Олимпа Пакистана. Однако стремительного успеха ждать, вероятно, не приходится, поскольку сражение и так идет уже более полугода. Многое может решить личность нового начальника штаба и его отношения с Шехбазом Шарифом. Более того, сейчас в пакистанском обществе политика оказывается, пожалуй, важнейшей темой, Имрану Хану удалось мобилизовать огромные массы населения (при этом мобилизация сохраняется на протяжении такого долгого времени), что, безусловно, создает причины для беспокойства элит и, в частности, военного истеблишмента. Артур Махлаюк о циклическом характере динамики политической нестабильности в Пакистане russiancouncil.ru/analyti…akistane