🇬🇧 Почти три года лидерства Бориса Джонсона продемонстрировали, что новый премьер-министр вполне обладал потенциалом побороться за «тефлоновый титул». Победивший на выборах с беспрецедентным большинством для современной британской политики (80 мест), он буквально вытащил Великобританию из ЕС, попутно отправляя на принудительные каникулы парламент; ввел три локдауна в Соединенном Королевстве и погряз в скандалах. В этом приключении Джонсон демонстрировал живучесть, фирменный стиль и удивительную бодрость духа. Его мечты о «Глобальной Британии» постепенно реализовывались в виде ведущей роли Великобритании в антироссийской коалиции в ходе украинского кризиса и затяжных турне, состоящих из встреч с мировыми лидерами. Б. Джонсон давал избирателям картинку в духе давно забытых времен, когда британские лидеры сидели за одним столом с теми, кто принимает решения, и противостояли агрессору. Но при этом в самой консервативной партии и правительстве уже давно полыхал пожар. В чем же причина того, что от Б. Джонсона отвернулась парламентская фракция? Вряд ли дело в самих скандалах или его украинском направлении политики, которая, в целом, у консерваторов не вызывает сомнений. Дело, скорее, в традиционных дилеммах консервативной политики. Brexit, пандемия и вызванный ею антикризисный курс консервативного правительства оказали неоднозначное влияние на саму Консервативную партию. В отличие от других консервативных лидеров периода оппозиции, которые настаивали на верности тэтчеристским убеждениям и политики калибровки Дэвида Кэмерона, Б. Джонсон все сильнее отходил от догматического наследия Тэтчер, продолжая двигаться в сторону консерватизма «одной нации», тем самым, сближаясь со своими основными оппонентами. Сегодняшняя Консервативная партия активно вступила в борьбу с лейбористами на их поле в том, что касается экономического мышления и социальных расходов. Диссонанс между новыми реалиями и прошлой консервативной политикой весьма значителен, что несло в себе непредсказуемые последствия для партии и ее идейных основ. Это, конечно же, было почвой для конфликтов как в правительстве, так и в парламентской фракции и за их пределами. В результате Борис Джонсон растерял свой ресурс в обоих идеологических крыльях партии. Таким образом, несмотря на «тефлоновую оболочку» своего лидерства и его насыщенный событиями характер, Б. Джонсон пока продержался на посту премьер-министра на месяц меньше, чем его предшественница Тереза Мэй. Сергей Шеин объясняет причины отставки Бориса Джонсона. russiancouncil.ru/analyti…zhonsona