— Вас два раза официально предупреждали о возможности замены условного срока на реальный. Да или нет? — Это дело регулярно использовалось, чтобы заткнуть мою политическую карьеру. — Извините, что перебиваю, но я задала конкретный вопрос. — Я даю конкретный ответ. Вы меня не переговорите, у меня кнопочка микрофона горит. — Вас предупреждали? — После каждого моего расследования инспекция пыталась меня запугать. Я это подтверждаю. — Ответ на поставленный вопрос не получен. — Я подтверждаю, что это дело сфабриковано. Это дело регулярно использовалось, чтобы остановить мою деятельность, регулярно после моего расследования инспекция обращалась в суд.
— Вы подтверждаете, что в период с 23 августа в период вашего лечения в клинике Шарите инспекция вас не беспокоила?
— Извините, я был в коме. Меня, при всем уважении к ФСИН тогда не сильно она беспокоила. Меня вообще ничего тогда не беспокоило. Но стоило мне прийти в себя, я ходить ещё не мог, я сразу подумал, ах, как же там моя любимая комиссия, и сразу попросил адвоката отправить туда письмо.