Обложка канала

Ротонда

канал о петербургской политике: только достоверные слухи и сплетни

Ротонда

4 года назад
Открыть в
Бывший депутат петербургского парламента Роман Коваль отказался от признаний в махинациях. Он утверждает, что его вынудили, потому что оправдательные приговоры «нежелательны» Выборгский районный суд Петербурга накануне заслушал показания экс-депутата от «Единой России» Романа Коваля, родственника экс-вице-губернатора Игоря Дивинского. Его судят за лоббизм: по версии следствия, депутат за деньги помогал предпринимателю Михаилу Лихолетову (судя по всему, родственнику экс-вице-губернатора Ольги Казанской) получать контракты на поставку оборудования в больницы города. Это — дело о так называемой бюджетной поправке. Практика, позволяющая депутатам, которые проголосовали за принятие бюджета в первом чтении, по-своему распределять часть средств в рамках поправки во втором чтении, существовала больше 20 лет. Считается, что чиновники разрешали депутатам выбирать, кто станет осваивать эти средства, и в итоге близкая им компания выигрывала конкурс. Этот неофициальный механизм был введён, чтобы подчинить некогда своенравных депутатов воле Смольного. В нынешнем созыве его отменили. Коваль — второй депутат, которого судят по делу о бюджетной поправке. В конце 2020-го года он дал признательные показания. Теперь же на суде он от них отказался: — Адвокат убедил меня, что после явки с повинной мне изменят меру пресечения на более мягкую, а Лихолетов переоформит автомобиль «Мерседес» на мать моей жены. Адвокат сказал, что сложилась практика, по которой суду нежелательно выносить оправдательный приговор. Я должен дать возможность вынести обвинительный, чтобы не злить судью. Родственники уговаривали послушать адвоката, и я согласился. У меня были изъяты и арестованы все средства, которые были необходимы моей жене, которая осталась с 4-месячным младенцем на руках и ещё двумя детьми. Он также добавил, что не мог влиять на распределение средств, поскольку партия «Единая Россия» диктовала ему, как голосовать — самостоятельных решений он принимать не мог.