«Я чувствую себя, как Гарри Поттер, которому совы принесли тысячи писем из Хогвартса». Петербурженку Викторию Петрову в начале мая арестовали по делу о фейках о российской армии. В отличие от других политзаключенных, она оказалась обычным маркетологом из маленькой семейной компании. Ни журналисты, ни активисты ее не знали. По просьбе «Ротонды» Петрова написала письмо из СИЗО и рассказала, как жила и о чем мечтала до тюрьмы. 💌 💌 💌 28-летняя выпускница Высшей школы менеджмента СПбГУ Виктория Петрова заинтересовалась политикой в 2016 году — после того, как в Иркутске люди массово отравились «Боярышником». Стала смотреть «Дождь», читать «Новую газету», «Важные истории» и «Проект». «С восхищением» следила за командой Навального, которая своими расследованиями «изменила политические взгляды целого поколения». «Я обожаю ролики Максима Каца, поражаюсь смелости Ильи Яшина, слежу за инициативами Михаила Ходорковского, которого считаю очень талантливым управленцем и политиком». Пока Виктория была на свободе, она планировала получить еще одно образование и построить высокотехнологичный бизнес. «Мне безумно жаль своего времени и здоровья, потенциала, которые сейчас совершенно непродуктивно поглощаются тюрьмой», — пишет она. Петрова говорит, что придерживается научной картины мира, ценит в людях критическое мышление, изобретательность и новаторство. Среди людей, которыми она восхищается — бизнесмены, которые занимаются и благотворительностью: Билл и Мелинда Гейтс, Илон Маск. И популяризаторы науки, которые делают вклад в глобальное просвещение: астрофизик Нил Деграсс Тайсон, биолог Ричард Докинз, палеонтолог Александр Марков, психолог Елена Неймарк. А еще — борцы за права человека и экоактивисты. «Я сангвиник, поэтому счастлива практически всегда. Если не терять из виду масштаб вселенной, то достаточно открыть глаза, чтобы быть счастливым», — пишет Виктория. В СИЗО ей присылают очень много писем — такого масштаба поддержки она не ожидала: пишут выпускники и преподаватели СПбГУ, журналисты, активисты, правозащитники, феминистки. Друзья и некоторые члены семьи Виктории тоже ее поддержали. 💌 «Меня порадовали многие письма — очень глубокие и проникновенные: письма пожилых, с осмысленным тюремным опытом бывших политзаключённых, сотни писем людей, считающих **** с Украиной чудовищной ошибкой, письма от друзей и знакомых, с которыми мы долгое время не выходили на связь, письма с вечеров поддержки политзаключённых. Каждое письмо с тёплыми ободряющими словами — как глоток воды в пустыне. Я чувствую себя, как Гарри Поттер из первой части, когда совы принесли ему тысячи писем-приглашений из Хогвартса». Дома у Виктории Петровой осталась кошка, которую она подобрала с улицы двухмесячным котенком и долго приручала, чтобы та оправилась от тяжелого детства. «Приближалась зима, котёнок жил на улице в деревне. От голода она воровала корм у куриц, её гоняли собаки, а брат погиб от переохлаждения. Мне стало жалко её», — вспоминает Виктория. Кошку зовут Мисаа — это «мать» с древнегреческого, так героиню «Игры престолов» Дейнерис называли жители городов, которых она освободила от рабства. Виктория пишет, что у неё было очень много планов и желаний — но в последнее время к ним добавились еще два: мечта о том, чтобы закончились боевые действия в Украине, и мечта скорее выйти на свободу. «Я люблю Россию за её умных, образованных и добрых людей, бесценное культурное и национальное многообразие, невероятную красоту природы и будущие перспективы. Стараюсь не терять надежды, что до россиян массово дойдёт масштаб катастрофы и военных преступлений и люди — добрые, сострадательные, миролюбивые в своей основе, начнут массово протестовать против того, что творит текущий политический режим на наши налоги и руками наших военнослужащих, уничтожая на глазах всего мира репутацию нашей страны, наши ценности и все достижения, которыми мы гордились». 💌 Как кампанией в защиту Виктории Петровой стали заниматься люди, которые с ней даже не знакомы, и что говорят о политзаключенной её близкие — читайте в предыдущем материале «Ротонды».