«Если я выхожу на пикет, то у меня хотя бы спокойна совесть». Петербуржца Александра Шерченкова уже девять раз задерживали за антивоенные акции. «Ротонда» поговорила с ним о том, зачем человек, который случайно узнал о боевых действиях в Украине и не интересовался политикой, раз за разом, несмотря на задержания, выходит протестовать. Александру 27 лет, по профессии он каменщик, полгода назад приехал в Петербург из Смоленской области, сейчас не работает. В Петербурге, говорит Шерченков, он и стал антивоенным активистом. Раньше он не интересовался политикой и не выходил ни на какие митинги. 24 февраля Шерченков даже не знал о том, что в Украине начались боевые действия. Он разговорился с незнакомым парнем в «Перекрёстке», который рассказал, что горожане собираются выходить на митинг. Шерченков пошёл посмотреть на протестующих и ходил на акции следующие четыре дня, но, по его словам, в митингах не участвовал — не кричал лозунгов, не держал плакатов. На очередной акции 27 февраля он, по его выражению, «попал под замес»: его задержали, а позже арестовали на трое суток. Спустя месяц, 21 марта, Шерченков в первый раз вышел на одиночный пикет — уже сознательно. «Было обидно, что на митинге в феврале меня незаконно задержали. Я решил: если меня задержат, то пусть за дело, за то, что я на самом деле вышел на пикет, что я против так называемой специальной военной операции», — говорит он. С плакатом к Гостиному двору Александр вышел поздно вечером, а до этого весь день морально готовился: боялся жёсткого задержания и избиений. Потом петербуржец выходил на пикеты 27 марта, 12 и 14 апреля, 4, 6, 11, 13 и 17 мая. «Если я выхожу на пикет, то у меня хотя бы спокойна совесть», — говорит Шерченков. Все девять раз Шерченкова задерживали по статье о дискредитации российской армии. Дело по одному из эпизодов суд прекратил: посчитал, что в нём нет состава правонарушения. «Отношение сотрудников в отделах полиции резко негативное. — рассказывает Александр, — Постоянно спрашивают, сколько платят за пикеты и почему за меня так переживают адвокаты». Когда активист протестовал 13 мая, его задержали на двое суток, обвинив в том, что он матерился в общественном месте. Когда Александр стал спорить с полицейским, стучать в дверь и просить отвести его в туалет, тот, по словам Шерченкова, прыснул ему в лицо перцовым баллончиком. Другие сотрудники, говорит Александр, это проигнорировали. По подсчётам петербуржца, за все пикеты его оштрафовали на сумму около 200 тысяч рублей, а в отделе полиции он суммарно провёл около недели. Выплачивать штрафы Шерченков не планирует. За повторное нарушение статьи о дискредитации армии в течение года может последовать уголовное наказание: самый жёсткий срок — три года колонии. Из-за последнего пикета в отношении петербуржца уже хотели возбудить уголовное дело, однако решение судьи ещё не вступило в силу, и Шерченкова отпустили. Ещё один пикет грозит ему уголовным сроком. В течение нескольких дней после интервью Александр несколько раз менял свои планы на жизнь. Иногда он был уверен, что «нужно не отступать от своих слов и идти до конца», говорил, что «в тюрьме себя представляет, а в эмиграции — нет». «К сожалению, я не вижу себя вне России и не могу молчать. Я с 11 до 15 лет воспитывался в интернате — это отдалённо напоминает детскую колонию. В тюрьме, по крайней мере, будет спокойна моя душа и чиста совесть. Наверное, это пафосно, но я так чувствую. К тому же, это будет большой опыт — не знаю, положительный или отрицательный», — заявлял Александр. На следующий день петербуржец сообщил, что все же собирается эмигрировать в Эстонию. За границей петербуржец хочет написать автобиографическую книгу и свободно высказываться против боевых действий в Украине. По его словам, его убедили доводы адвоката о том, что «в тюрьме будет плохо».