Гендиректор принадлежащего городской администрации телеканала «Санкт-Петербург» Александр Малькевич призвал запретить СМИ-иностранным агентам работать во время чрезвычайных происшествий и военных действий. Его возмутило то, как телеканал «Дождь» освещает нынешние события на Донбассе. «Ротонда» спросила Малькевича, как именно он предлагает установить в России военную цензуру. — Сейчас в России уже есть законы, которые позволяют властям вводить цензуру. Эти нормы есть и в законе о режиме ЧП, который власти могут ввести в том числе во время внутренних конфликтов, и в законе о военном положении, которое объявляют во время конфликта с другим государством. Так что вы предлагаете поменять? — Все эти разговоры теоретические, потому что [цензура] «может вводиться», а может не вводиться. Примеры такого есть? Нет. Зато такие примеры есть по всему миру. На Украине не осталось никакой журналистики, кроме одной разрешённой компании. Речь не только про российские СМИ, а в принципе. На основании решений Совета национальной безопасности и обороны Украины закрыто большое количество медиа за последнее время. Без суда, без следствия собираются люди и закрывают СМИ, потому что оно ведёт антиукраинскую политику. Независимую журналистику вытравили в Европе, в Америке — везде. Её нет, это миф. В Германии позакрывали кучу альтернативных медиа, например RT Deutsch. Им всё везде можно. Они говорят, что защищают своё информационное поле. А мы почему не можем защищать? — То есть если Украина запрещает работу СМИ — это, с вашей точки зрения, неправильно. А в России можно так поступать? — Они закрывают безо всяких оснований во внесудебном порядке. Нам имеет смысл задуматься о внесении изменений в законодательство, чтобы на основании закона было предложено откорректировать это. Неправильно, когда дается однобокая трактовка [событий]. — Вы предлагаете вводить ограничения для СМИ-иноагентов во время чрезвычайных происшествий и военных действий, но сейчас российские власти не ввели режим ЧП и не объявили военное положение. Несмотря на это, с вашей точки зрения, работу СМИ-иноагентов сейчас тоже нужно как-то ограничить? — На нашей границе происходит вооружённый конфликт с 2014 года. У нас граница с ЛДНР, которые с 2014 года подвергаются постоянным обстрелам со стороны вооружённых сил Украины и парамилитарных формирований. Это же нельзя отрицать? У нас диверсионные группы действуют в Крыму. Мы в достаточно напряжённой ситуации. У нас непростая ситуация на границах. И СМИ, которые ведут подрывную антигосударственную деятельность, работать не должны. Это должно быть прописано в чётких формулировках. — Интернет-издание Republic признали иноагентом в том числе потому, что подписку на него покупали в иностранных консульствах. Как думаете, если консульство купило доступ к статьям издания, получается, оно уже таким образом контролирует редакционную политику Republic? Своей подпиской консульство заставляет издание вести антигосударственную деятельность во время войны и ЧП? — Это я не комментирую, этот вопрос не ко мне. Я не чиновник, я неравнодушный человек, который не стесняется высказывать своё мнение. Это вопрос к Минюсту, профильных органам и структурам.