​​Многодетного петербургского отца месяц не возвращали с фронта, хотя признали мобилизацию незаконной. Его жена Путина ни в чём не винит Мобилизация: Петербуржцу Александру Кудряшову — 37 лет. Он женат, у него четверо детей, которым 4, 6 и 11 лет, а старшей дочери — 20. Повестку многодетному отцу принесли на следующий день после объявления мобилизации. Боевого опыта у него нет, но срочную службу он проходил в ВДВ. Александра дома не было, но на следующий день он сам отправился в военкомат. По словам Юлии, её муж добровольцем быть не хотел и считал, что из военкомата его отпустят, увидев свидетельства о рождении трёх несовершеннолетних детей. «Ваши документы нас не интересуют. Вот вам закон об уклонении, сейчас получите статью», — цитирует Юлия слова сотрудников военкомата. «Папа поехал бить врага»: 23 сентября Кудряшов уехал в воинскую часть в Приветнинском. Детям сказали, что «папа едет бить врага». «Потом всех детей я возила к психологу — младший до сих пор плачет по ночам, ему снятся кошмары, что папу убили, папу ранили. Средний более-менее. Со старшим проговариваем, что это необходимость, папа справится, это мужской долг. А что ему сказать? Не говорить же, как я боюсь и как всё это несправедливо», — говорит Юлия. Она уточняет, что, по её мнению, несправедливость заключается в том, что «забирают многодетных, а просто мужиков-бездельников не трогают». «Дали лопаты и сказали копать»: В начале ноября Кудряшова увезли в зону боевых действий. «Их высадили в чистом поле, дали лопаты и сказали копать. На неделю потеряли их вещи, не доставляли еду. Они ходили в ближайшие посёлки», — говорит Юлия. Про свои трудности Александр супруге не рассказывал, большинство вестей она узнавала от жён его сослуживцев. Во время звонков домой Александр узнавал у Юлии о детях, спрашивал, приходит ли зарплата, хватает ли им денег. Выплаты после мобилизации мужа приходили — около 200 тысяч. Также Юлия получила социальную выплату 100 тысяч рублей от губернатора. Жалобы жены: Кудряшова написала около двадцати жалоб в различные инстанции. Первого декабря из администрации президента пришёл ответ: её мужа призвали законно, потому что тогда ещё не было отсрочки для отцов с тремя детьми. 4 октября отсрочка появилась, так что теперь его нужно вернуть домой. В письме указали, что военком уже направил в воинскую часть Александра ходатайство об увольнении. Кудряшов и сам написал рапорт об увольнении, но почти месяц продолжал находиться в зоне боевых действий. «Мы всегда поддерживали государство»: Младший брат Кудряшовой тоже мобилизован, но у него, по её словам, всё в порядке: «Брат на передовой, танкист, воюет вовсю». «Мы законопослушные граждане, всегда поддерживали государство. С 2014 году помогаем Луганску и Донецку, когда началась спецоперация, мы её поддерживали, всё понимали. Но сейчас, когда есть правила, и они нарушаются, все громогласно отчитываются, что всех вернули, а это по факту не так. И ты бьёшься. Такое состояние, что хочется взять кувалду Пригожина и всем по башке надавать: и командиру части, и командиру полка, и тем, кто к этому причастен», — рассказывала «Ротонде» Кудряшова, когда мужа месяц не возвращали домой. Но на президента она не в обиде. «Проблема в людях-исполнителях. У меня нет претензий к президенту, его администрация работает как часы, от него приходят ответы. Министерство обороны заняло глухую оборону, оно поставило себя вне общения с любыми гражданами. Исполнители просто сидят и ждут приказов и даже если приказы приходят, они их не исполняют. Для меня это как незаконное удержание», — заканчивает рассказ жена мобилизованного. Возвращение: 23 декабря Александр вернулся домой. «Встреча прошла очень быстро и смазано. [Муж] уставший был с дороги и торопился домой к детям. Они долго поверить не могли, а потом орали на весь дом и не слезали с отца часа три», — рассказывает Юлия. В этот день ей пришло аж два ответа от Минобороны: их женщина пока открывать не стала.