18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ РОМАНОМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ СУПЕРОМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА РОМАНА ВЛАДИМИРОВИЧА СУПЕРА. *** Здравствуйте, Рома. Я еще с прошлого века работаю в благотворительности. И я всё ещё в Москве. В первый же день вторжения моей страны в Украину я, как и многие мои коллеги, подписала открытое антивоенное письмо представителей социальных НКО. Некоторые мои украинские друзья, слава Богу, не все, в течение всей этой войны постепенно возненавидели меня. Ну, понятно, за то, что не заработала денег на «релокацию», за то, что «плачу налоги на войну», или, может быть, за то, что не свергаю тирана. Я научилась это проглатывать, я просто ставлю барьер, потому что с этим ничего не сделаешь. И говорить публично, и отчитываться о том, что я делаю ради Украины, я не могу, и многие украинцы этого не понимают, да и не обязаны понимать, потому что на фоне их непроходящего ада мои какие-то личностные треклятые проблемы – явно не то, о чём, вообще, следовало бы говорить. Уже во время вторжения был последний спектакль Гоголь-центра, и мне посчастливилось, хотя, наверное, это не то слово, побывать на том спектакле: меня пригласила туда друг нашего фонда. Был спектакль, где звучали стихи Юрия Давидовича Левитанского. «Я не участвую в войне. Война участвует во мне». Кажется, это необходимые и достаточные слова для того, чтобы как-то описать свои сегодняшние паттерны. И довольно с меня. Но вдруг появилась необходимость сказать пару слов о том, каково это. Раньше, до войны, моё имя периодически звучало в медиа. Публиковались статьи, давались интервью. Сейчас – всё, не могу. Не могу звучать через запятую с представителями зет-сообщества. Помогаю нашей целевой группе нуждающихся я уже по остаточному принципу. Подавляющее большинство из них, живущих по всей стране, - «патриоты». Их жизненно-важные лекарства уходят с отечественного рынка, но «Россия вперед», тем не менее. Всякий раз, видя плохое поведение, я стараюсь оправдать и найти его причины у носителя этих девиаций. Ну, как бы, понять и простить. Примеряю на себя их жизнь, зеркалю, раскладываю по полочкам причинно-следственные связи. Живу я давно, и, казалось, уже всё знаю о людях. Но эти почти полтора года – мои беспощадные университеты. Пока у меня стоит пересдача по предмету «Как рядом с милосердием в одном человеке может уживаться фашизм». У меня есть коллеги, которые помогают одним и желают смерти другим, даже включая детей этих других. Просто им объяснили, что это, вообще, не люди, и планету надо от них избавить из самых лучших милосердных побуждений. Так ведь? Добросовестное заблуждение? Но я всё ещё в этом не уверена. Впрочем, механизм тот же, что и в тоталитарных сектах. Им говорят: вы лучшие, вы избранные, вы воины света, вы несёте очищение, и только вы спасётесь, а те, кто не с вами, должен умереть в горниле Апокалипсиса. Ну, чем не секта? И уж тоталитарнее некуда. Честно говоря, есть непроходящее желание перестать быть, просто исчезнуть, свалиться в небытие. За это время человеческая жизнь обесценилась. Она обесценилась с обеих сторон войны. Когда вас съедает акула, - это, оказывается, может быть ужасно смешно, а ведь всего лишь для превращения трагедии в комедию, оказывается, достаточно бумажки – неправильного паспорта. Потрясающий эффект. У меня тот самый неправильный паспорт. Но я христианка, суицид – грех, и так далее. Еще и друзья меня зачем-то уговаривают: надо, мол, дожить до Того Самого Момента. И украинские друзья, большинство из них, остаются со мной. И, пожалуй, это важнее всего на сегодня для меня. Это удивительно сильные и мудрые люди. Они заслуживают Победы.