Журналист и просветитель Лев Ганкин для проекта «In other words» написал очень интересное исследование о том, как иммигрантская сцена влияет на мировую поп-культуру. Сто лет назад. И прямо сейчас, когда с началом войны значительная часть российских артистов рассеялась по миру. Для этих артистов Ганкин предлагает два метода дальнейшего творческого поведения: метод Рахманинова и метод Стравинского. Крупнейшие русские композиторы покинули Россию в годы Первой мировой войны и революции и в итоге прожили полжизни (а в случае Стравинского — существенно больше половины) за границей. Оба и в новой реальности оказались успешны, но по-разному: Рахманинов прославился как концертирующий пианист, а писал музыку редко и нерегулярно; Стравинский же, напротив, в эмиграции создал масштабный корпус сочинений. Первый не скрывал тоски по родине: среди его работ «американского» периода — например, «Три русские песни для хора и оркестра». Второй стал композитором-космополитом, охотно осваивавшим многочисленные новые музыкальные языки: от неоклассицизма до сериализма. Рахманинов почти до самой смерти жил с нансеновским паспортом, то есть, выражаясь сухим юридическим языком, как лицо без гражданства; Стравинский в 1930-х перешел во французское подданство, а в 1940-х — в американское. Реальная жизнь всегда сложнее бинарных конструкций, но очевидно, что для одного, уехавшего уже на пятом десятке, эмиграция была травмой, незаживающей раной, а для другого, оказавшегося за границей всего в тридцать с небольшим, — более-менее рядовой жизненной переменой, вдобавок открывающей множество новых возможностей. Почитайте этот текст. www.wilsoncenter.org/blog-po…zgnaniya