О women empowerment в одной отдельно взятой стране В африканской Руанде в 1994 году произошло массовое убийство. Трибунал в Гааге работал 20 лет, всех дел до конца так и не разобрал, до сих пор функционирует его остаточный механизм (а если точнее - Международный остаточный механизм для уголовных трибуналов, там еще сербов-югославов судили, но теперь остались только руандийские военные преступники). В Руанде же в течение трех месяцев вырезали около миллиона человек (буквально вырезали, потому что пули дорогие). И вот здесь следует неочевидное: судя по всему, насильственная смерть - это мужское занятие, а убийство - и мужское, и женское. Так вышло, что большинство жертв геноцида - мужчины и мальчики, их убивали быстро и без вопросов. Женщин - тоже, но в значительно меньшем количестве. В то же самое время западные и ооновские исследователи с самого первого дня расследований геноцида в Руанде поражались, насколько сильно женщины были вовлечены в убийства, в пропаганду геноцида. Кровь стынет в жилах, когда читаешь, как фанатично они приветствовали казни, участвовали в них, как собирали помощь солдатам-мужчинам убивавших племен. Впрочем, нам это хорошо знакомо ("Вот стою я здесь перед вами, простая русская баба...", фильм 1939 года). Те же мужчины, которые могли сбежать - покинули страну. У этого процесса были два следствия. Во-первых, эпидемия СПИД. Женщины, хотя и оставались в живых, зачастую подвергались насилию, что привело к взрывообразному распространению ВИЧ-инфекции. В результате мужчины нападавших племен заражались и тоже умирали уже после завершения активной фазы геноцида. Во-вторых, невероятный гендерный дисбаланс. В стране ко второй половине 90-х годов женщин стало значительно больше, чем мужчин (7 против 3). Последствия этого наблюдались на протяжении всей первой четверти уже этого века и наблюдаются до сих пор. Руанда - это страна, которой управляют женщины. Технологические компании возглавляется женщинами, в парламенте большинство - женщины (самый высокий rate в мире), женщины - в правительстве, женщины - в бизнесе. Я уж не говорю о том, что образование и медицина состоит из женщины выше, чем на 95 процентов. Исследователи отмечают, что подобное происходило в континентальном Китае, подвергшемся японской агрессии в первой половине 30-х, и во времена сталинских репрессий: жертвой становилось и там, и там в основном мужское население. В итоге самыми кровавыми стали восточный и китайский фронт Второй мировой, ведь было бы мужчин побольше, обороняться было бы в итоге легче. Я это к чему? Да ни к чему.