Есть еще одно слово, которое меня беспокоит. Совершенство. Совершенный. "Нет предела совершенству" – так говорим мы всуе, но в этом выражении есть большая глубина. Мы стремимся (я, по крайней мере) к совершенству, зная, что достичь его невозможно. Что же такое совершенство? И кто определяет этот предел, за которым оно прячется? Я зайду сначала со стороны нумерологии, а потом со стороны грамматики, чтобы рассмотреть это слово. Меня не оставляет история, которую я услышала от Петра Немого – театрального режиссера, философа и мудреца. Кстати, у Сергея Степаненко на youtube канале Glorium tv выходят регулярные диалоги с Петром о природе игры. Очень рекомендую их послушать. Я получаю большое наслаждение и каждую серию очень жду. Так вот, Петр рассказывал о значении двух чисел в ведическом учении. 9 – число Абсолюта. При умножении любого числа на девятку, сумма полученных цифр тоже будет составлять 9. 9х2=18 (9), 9х5=45 (9) и т.д. 8 – число материи. При умножении на любое простое число, восьмерка деградирует в сумме полученных чисел. 8х1=8, 8х2=16 (7), 8х3=24 (6) и только при умножении на 9, восьмерка в сумме полученных чисел дает 9. Любая человеческая деятельность, любое ремесло, становится искусством, когда ее главным вектором является Абсолют. Через самые простые действия можно познавать его. Не обязательно изучать святые писания и проводить часы в духовных практиках. Достаточно делать свое дело, как если бы главным, кому адресован процесс и результат делания был Бог или Абсолют. И тогда башмачник через свое ремесло, через свойства кожи и ниток, стук каблучков по брусчатке, топоту сапог по плацу, узнает что-то о жизни. Ученый, доказывая абстрактную теорему, опишет в формулах музыку сфер. Спортсмен, изучая возможности своего тела, откроет бездонные хранилища его ресурсов. Художник, наблюдая за явлениями природы, увидит алгоритмы жизни в любой вещи. И тогда "совершенный" – это стремящийся к вершине, уходящей за пределы видимого мира. А еще "совершенный" – это свершенный. Грамматика русского языка нам говорит: глаголы совершенного вида определяют законченные действия, которые привели к какому-либо результату или достигли своего предела. Я в одном из прошлых постов о месте слова в нашей жизни описывала цепочку, по которой внешний импульс проходит сквозь наше тело и наш разум, рождая совершенную форму. Свершенную. Единственно возможную для этого конкретного проводника, который пропустил этот импульс в данном конкретном контексте. Совершенное в данном случае синоним целесообразного. Иван Ефремов в "Лезвии бритвы" говорил о красоте, как о великой целесообразности – такой форме, которая соединяет в себе внешнее и внутреннее, устойчивость и текучесть, материю и дух и все противоположности в одной единственно возможной точке. И только такая форма способна удержать и проявить суть на какое-то время. В каждом конкретном случае эта красота своя, уникальная. Но мы безошибочно узнаем ее. Нам хочется прикоснуться, приблизиться, когда форма полностью отражает содержание, когда сквозь прозрачную оболочку, мы видим огромное и невидимое. Совершенство, как общая цель, нам не по силам, но она доступна в каждом конкретном действии, рождающем единственно возможную совершенную форму изнутри наружу. Я пропускаю импульс сквозь себя, проживаю, преображая его собой и выпускаю в единственно возможной в данный момент времени форме и тем свершаюсь. P.S. Кстати, Эмма (девочка, которую я рисую в очень странном, почти трансовом состоянии), вернулась и хочет говорить. Возможно, я все-таки сделаю метафорические карты с ней. А может быть и книгу сказок.