Я перечитала этим летом "Степной волк", "Сидхартху", "Путешествие в страну востока". Гессе стал моим близким другом и наставником. Мне так созвучно многое из того, о чем он размышлял, его сомнения и страдания. Удивительный феномен узнавания себя в каждом из его героев. Пройдя круг, я снова вернулась к "Игре в бисер". И я уже другие вещи отзываются во мне громче, хотя тема вербального обучения и рассуждений вокруг искусства по-прежнему меня тревожит. И она же раскрывается в "Степном волке" – в разговоре Гарри с музыкантом Пабло о том, что можно рассуждать о музыке, но рассуждения не приносят слушателю ни радости, ни нового опыта. Если ты музыкант – играй. Играй, как можно лучше. А в Игре для меня явственнее всего звучит тема иерархии, связанности и служения. Иерархии, построенной не на власти и подчинении, а устремлении к единой высшей цели и любви. В этом узнается главная суть христианства. Любовь, как качество, позволяющее строить иерархии на законе связанности и взаимозависимости уровней по вертикали. Игра видится как сама жизнь, как творчество в высшем его проявлении, как главное дело человека, достигшего целостных взаимоотношений с материальным миром. Именно поэтому Гессе и не описал ее детально, а лишь очертил ее образ. Описать законы и алгоритмы единства жизненного процесса невозможно человеку. Даже такому, как Гессе.