Скорая подъезжает к самому входу в больницу, из неё поспешно выскакивает врач и отец с ребёнком на руках — они торопятся внутрь, с ребёнком явно что-то очень не в порядке, случилось какая-то беда. Но у жизни нет саундтрека, жизнь не кинематографична. На дворе отличная погода, поют птицы, спокойно ходят люди — действительность не даёт визуальных подсказок к сути происходящих событий. Но события от этого не становятся ни менее напряженными, ни менее трагичными. Этот будничный эпизод показался мне зловещей аллегорией всей войны на Украине. В одной части Мариуполя, на «Азовстали», идёт война — снайперы высматривают друг друга в окнах разрушенных зданий, рвутся снаряды, люди отчаянно сражаются. В другой части города, почти что за углом, уже нормальная жизнь, открываются магазины и магазинчики. В Москве дыхание войны уже совсем слабо, почти неощутимо. Большинству людей планеты нет дела до этой войны. И все же война идёт. И от ее исхода может зависеть весь мир. Больной ребёнок может оказаться нулевым пациентом.