Монстр (2023) Японский пятиклассник сообщает энергичной матери-одиночке, что у него вместо человеческого мозга – мозг свиньи, выпрыгивает из машины на полном ходу, приходит из школы то со следами побоев, то в одном кроссовке, меланхолично рассуждает о реинкарнации и встрече с умершим отцом, ну и вообще ведёт себя подозрительно. В ходе материнских допросов на тему физического насилия и того, кто вбил ему в голову, что он монстр, мальчик неуверенно кивает на своего учителя. Мать в гневе врывается к школьной директрисе, но та не спешит встать на сторону жертвы предполагаемого абьюза, хоть и признаёт «контакт руки учителя с носом ученика». С балкона открывается живописный вид на пылающий, как Нотр-Дам, районный хостесс-бар, выходящим из которого часто видели того самого педагога. Новый фильм Хирокадзу Корээды, посвящённый памяти Рюити Сакамото и озвученный его патетическим пианино, структурирован формальным приемом разных точек зрения на одни и те же события. После взгляда матери нам позволят посмотреть на вещи глазами учителя, а следом и самого малолетнего «монстра». По понятным причинам критики часто сравнивают кино с «Расёмоном», но Корээда в некотором смысле идёт наперекор Куросаве: там, где «Расёмон» подчеркивал относительность и радикальную субъективность индивидуального опыта и тем более памяти, «Монстр» разворачивает в разных точках зрения, как в системе зеркал, некоторую абсолютную истину ситуации. В этом смысле Куросава выступает в амплуа софиста, а Корээда обнаруживает амбицию классического философа. В фильме много удачной актерской работы, но даже отличная Юко Танака в роли то инфернальной, то комичной, то трагической директрисы не может соперничать с одноклассником главного героя – симпатичным женственным мальчиком, который кажется то неунывающей жертвой буллинга, то близким другом протагониста, то маленьким дьяволом во плоти. Маргерит Дюрас говорила, что детство – это безумие, и юный актёр Хинато Хираги (при всем недоверии к детям-актерам!) прекрасно справляется с воплощением этого тезиса. С точки зрения выразительных средств и формального совершенства, первая часть – хоррор тихой повседневности – сделана виртуозно и, честно говоря, убедительнее всех остальных, но Корээда не был бы Корээдой, если бы к финалу он не предложил гуманистический поворот через горевание, желание и усталость социальных условностей. Как сказала филиппинская домработница с соседнего ряда, легко быть гуманистом, когда у тебя японский паспорт. www.imdb.com/title/t…23736044