На кинофестивале «Послание к человеку» показали «Озеро диких гусей» Дяо Инаня, представленное через пять лет после триумфа на Берлинале его предыдущей работы «Черный уголь, тонкий лёд». За это время пристрастие режиссёра к жанру нуара стало лишь радикальнее: если в «Черном угле» оставалось место чему-то грязному, земному, человеческому, конкретному, сатирическому, то «Озеро» — торжество чистой формы, тщательно выстроенный и маниакально контролируемый театр теней (к слову, в китайском языке «кино» — это буквально «электрические тени»).

Философ Ален Бадью называет кино нечистым искусством, потому что оно использует всё, что угодно (как, кстати, и философия, которую можно интерпретировать как кино мышления): всё, что попадает в кадр, всё, что доносится из-за него, а зачастую и то, что намеренно оставляется за его пределами. «Озером диких гусей» Дяо Инань объявляет крестовый поход против этой реальности, всеми силами стремясь к чистоте и власти над изображением.

По сюжету, зыбкому и путающемуся во времени и пространстве, преступный авторитет местного разлива Чжоу Цзэнун выходит из тюрьмы и сразу, с корабля на бал, попадает на организованный передел территорий в городе Ухань и окрестностях между мелкими бандами. В рамках бандитской конференции, деловая часть которой проходит в подвальном амфитеатре большого отеля, происходит «олимпиада» по угону мотороллеров: кто за ночь украдет больше — тому достанутся более выгодные районы для повседневной работы. В пылу кровавой конкуренции Чжоу случайно убивает полицейского, приняв его в темноте и невменяемом состоянии за одного из соперников. Теперь на уши подняты все силы правопорядка; за наводку на преступника объявлено вознаграждение в 300 тысяч юаней; а боссы подсылают к беглецу анемичную проститутку — то ли чтобы помочь, то ли чтобы выгодно сдать его властям.

«Озеро диких гусей» предлагает типичные атрибуты нуара, классического и современного: брутальный, немногословный герой, не чуждый воровской чести; загадочная героиня, балансирующая между предательством и благородством; ощущение смутной тревоги, тщательно поддерживаемое у зрителя; игра отражений и теней; уходящая из-под ног земля; растворение нарратива в поэтике неоновых вывесок и бесконечной ночи. В отличие от «Черного угля», в новом фильме Дяо Инань настолько верен стилю, что не идет ни на какие компромиссы с реальностью: даже насилие теперь вычурно и условно.

А ещё Дяо Инань оказался хитрым: действие фильма неслучайно происходит в 2012 году; тогда ещё не вступил в полномочия председатель Си, и на месте китайской мечты вполне могли быть более мрачные сущности.

https://www.imdb.com/title/tt9647768/?ref_=nv_sr_1?ref_=nv_sr_1