Вчерашний «перевод стрелок» по делу подрыва «Северных потоков» на украинские спецслужбы одновременно западной прессой и Владимиром Путиным считывается большинством внутренних (РФ) и внешних игроков как признак разрядки в отношениях Москва-Запад. Это не так, а кроме того, Кремль здесь оказался в не самом удачном положении. Отказ от предъядерной конфронтации с США и Европой по поводу самого главного события войны и обвинение украинцев (а не американских, британских или каких-то еще западных спецслужб), которые без помощи иностранцев на такую акцию однозначно неспособны, выглядит жестом доброй воли отступлением России. Диверсия на нитках газопроводов геополитически хуже оставления Херсона и любых других военно-договорных неудач. Но Кремль сейчас подталкивают к тому, что подрыв – лишь одно из событий в цепи украинских диверсий, его можно простить, на что-то разменять или организовать показательную, но не очень эффективную порку Киева в виде особенно багровой «красной ночи» с ракетными ударами по не очень понятным объектам в нескольких малороссийских областях. Возможно, российским парированием информационной атаки можно считать слова Владимира Владимировича о «санитарной зоне» в 300 и более км. от российской территории. Но идет ли речь о возможности нового фальшивого «Минска», по которому Украина должна обещать не держать дальнобойного оружия ближе определенной линии? Или же Россия все-таки планирует теми или иными (включая ТЯО) средствами загнать ВСУ на территорию Львовской и Ивано-Франковской областей? Тогда логичным становится вброшенная несколько дней тому назад через сенетора Сергея Цекова установка: РФ претендует на Харьковскую, Одесскую и Николаевскую области [, а остальные рискуют остаться «серой зоной с фонящими кратерами»]? Складывается целостная картина, в которой и попытки украинского наступления, и масштабные учения NATO (именно сейчас) с выводом в океан всего ядерного подводного флота США, и обвинение Украины в подрыве «потоков», и кремлевские планы на ТЯО занимают свое место. Опасный момент.