​​Времена супернизкой инфляции остались в прошлом — Кристин Лагард В Европе наконец признали, инфляция — это надолго. Что же случилось? Последствия антиковидных мер, годы политики количественного смягчения, то есть закидывание экономики дешевыми деньгами, проблемы с логистикой, отрицательные ставки и, как вишенка на торте, — в разы дорожающий газ. При этом поднять ставку и «охладить» экономику, как это сделали в России, там не могут. Причина очень простая: европейские экономики гораздо более закредитованные (например в Италии только госдолг составляет 134% ВВП), причем зачастую по непривычной нам плавающей ставке. Это когда стоимость обслуживания долга не фиксированная, а меняется в зависимости от ситуации. А теперь представьте, что при любом серьёзном движении ставки у вас меняется многое, например, платежи по ипотеке значительной части ваших сограждан. В итоге, ФРС или ЕЦБ просто не могут так же резко двигать ключевой ставкой, как Россия. Их развитые финансовые рынки в кризис стали создавать проблемы, хотя тут вопросов нет — чем больше фондовый рынок, тем громче и болезненнее он падает. Европейцы ухитрились не только поймать удивительное комбо из инфляции и рецессии, так у них ещё и валюта начала изрядно падать, и мы не удивимся, если к осени доллар станет дороже евро. Что самое смешное, евро к доллару падает по той же причине, по которой растёт рубль: из-за прекратившегося импорта европейских товаров в Россию. У них дефицит торгового баланса, у нас профицит, в итоге никто не счастлив. А вот инфляция в ЕС за последние недели немного сократилась, правда дело не в фундаментальных факторах, а в начале давно ожидаемой программы топливного субсидирования. Например, в Германии налоги на бензин снизили на 0,35 евро за литр, а заодно очень существенно снизили стоимость проезда в общественном транспорте. Это разумная мера, вот только на сколько она поможет — большой вопрос. Что можно сказать? В мире начали понимать, что нынешний кризис — это надолго. И что самое главное, этот кризис связан с событиями на Украине весьма опосредованно. Без сомнения, запустили его именно высокие цены на энергоносители, но в его основе лежат проблемы гораздо более сложные и глубокие. Экономические проблемы, которые создавались десятилетиями.