Нас тестируют на прочность: самый масштабный налет БПЛА и кибератаки — звенья одной цепи предстоящего нового витка войны с Украиной и коллективным Западом
Россию не впервые атакуют БПЛА. Но в этот раз мы столкнулись с беспрецедентным по разнообразию задействованных средств нападением.
Пока над Туапсе летели привычные модифицированные советские Ту-141 «Стриж», в Белгороде РЭБ заглушила самодельные БПЛА, собранные из широкодоступных комплектующих. Параллельно с этим кибератаке подверглась система оповещения населения о ракетных ударах в Воронежской, Белгородской областях и Краснодарском крае.
Тогда же американский MQ-9 REAPER всю ночь летал вдоль границ Крыма, дважды заходя в районы, обозначенные Россией «опасными зонами» в извещениях лётному составу ещё до начала СВО.
Большой резонанс вызвало сообщение о введении плана «Ковёр» в небе над Петербургом. Город, столь удалённый от событий СВО, внезапно, как и в 1940 году, оказался на линии фронта из-за того, что конфликт с НАТО из гипотетического стал реальным. Хотя Минобороны РФ сообщило, что всё происходящее — тренировка сил ПВО, это не значит, что угрозы нет. А всего час назад рядом с газораспределительной станцией «Воскресенск» в 100 км от Москвы упал дрон-бомбардировщик UJ-22.
Каждый эпизод по-отдельности не несёт для России опасности, но в комплексе ситуация складывается угрожающей. ВСУ копят силы для грядущего наступления, собирают войска и технику. Ставку они делают не на мощь западного оружия и не на заваливание наших позиций трупами насильно-мобилизованных.
Наступление начнётся с массированных ударов по штабам, узлам связи и складам, будет разгоняться паника в тылу. ВСУ будут использовать все имеющиеся дальнобойные средства — от HIMARS до «Стрижей» и самодельных дронов.
Единичные залёты БПЛА, безрезультатные налеты дронов-камикадзе, запутывание нашей ПВО и кибератаки — лишь подготовка к более масштабным ударам и проверка нашей реакции.
В «Час Х» разовые инциденты превратятся в скоординированную массовую атаку. К этому мы должны быть готовы на 100%.
