Свищут ветры, Ньюстед, над твоею громадой, Дом отцов, твои окна черны и пусты. Вместо розы репейник растет за оградой, И татарник густой заглушает цветы.
Не воскреснуть суровым и гордым баронам, Что водили вассалов в кровавый поход, Только ветер порывистый с лязгом и звоном Старый щит о тяжелые панцири бьет.
Старый Роберт на арфе своей исступленно Не взгремит, вдохновляя вождя своего, Сэр Джон Хористон спит возле стен Аскалона, И недвижна рука менестреля его.
При Креси Поль и Хьюберт в кровавой долине За отчизну и Эдварда пали в бою; Предки славные! Англия помнит поныне Вашу гибель, ваш подвиг и славу свою.
Под знаменами Руперта храбрые братья Землю Марстона полили кровью своей, И посмертно скрепили кровавой печатью Верность роду несчастных своих королей.
Тени храбрых! Настала минута прощанья, Ваш потомок уйдет из родного гнезда. Только память о вас унесет он в скитанья, Чтоб отважным, как вы, оставаться всегда.
И хотя его взор затуманен слезами, Эти слезы невольные вызвал не страх: Он уедет, чтоб славой соперничать с вами, И о вас не забудет в далеких краях.
Ваша слава незыблема. Спите спокойно: Ваш потомок клянется ее не ронять. Хочет жить он, как вы, и погибнуть достойно, И свой прах с вашим доблестным прахом смешать.