Елизавета II рано выработала потрясающе, удивительно тонко сбалансированную манеру себя вести, говорить и держаться. С неизменным великим достоинством, доброжелательностью в каждом взгляде, каждой улыбке и каждом сдержанном жесте, но без малейшего намека на высокомерие. Это был тяжкий труд, тяжкий крест, который надо было нести из года в год, изо дня в день, без права на усталость от бесчисленных церемоний, разрезаний ленточек, речей и рукопожатий. Она себе не принадлежала. И надо быть особенным человеком, чтобы все это выдержать.