Для Беларуси — новой, существующей в эмиграции, а также онлайн или тем более диктаторской, живущей в административных границах, все эти опции, предоставляемые Украине Западом, недоступны.   Если говорить о режиме, то скорее всего вся эта история с Украиной лишний раз убеждает Лукашенко в том, что он на правильном пути в плане обеспечения своей безопасности, когда размещает ядерное оружие на территории Беларуси, несмотря на разговоры о том, что это усугубит его марионеточный статус.    Опять же, с какой стороны посмотреть. С его точки зрения, судя по всему, это наилучший из доступных ему способов защиты от внешней агрессии. Кстати, недоступный для Украины и, похоже, пока даже для Польши, которая, как известно, была бы не против разместить на своей территории американское ядерное оружие и тем минимизировать для себя риски российской агрессии. Все-таки в текущих военных реалиях оружие надежнее письменных гарантий.   В беларусском случае ядерное оружие является российским, но обстоятельства, при которых контроль над ним может оказаться в руках Лукашенко, не так уже тяжело себе представить в условиях продолжения войны. Особенно после недавнего мятежа пригожинских «музыкантов».    Беларусь и Украина, равно как и Казахстан формально до сих пор имеют одинаковые гарантии безопасности (Будапештский меморандум) со стороны России, Великобритании и США в обмен на вывод со своих территорий советского ядерного оружия. Аннексия Крыма Россией показала, что те письменные гарантии ничего не стоят. Впрочем, Лукашенко для себя убедился в этом еще раньше, считая нарушением Будапештского меморандума всякое введение экономических санкций западными странами. Все дело в том, что одна из статей меморандума содержит обязательство России, Великобритании и США воздерживаться от экономического принуждения, которое Лукашенко всегда криво толковал в свою пользу.   Участие в мероприятиях саммита НАТО в Вильнюсе демсил в лице Светланы Тихановской позволило поднять вопрос о гарантиях безопасности и для Беларуси. Сложности Украины на этом пути показывают, что новой Беларуси, существующей только в замысле и к тому же в отличие от Киева не имеющей четкого внешнеполитического вектора, ничего осязаемого и конкретного в этой сфере пока не светит, несмотря на все симпатии Байдена и других первых лиц западных стран к Тихановской.   Обращает на себя внимание и диссонанс в подходах к беларусскому вопросу, созданный президентом Литвы, который исходя из литовских интересов, назвал Беларусь «губернией Российской Федерации». Такие заявления и оценки могут вернуть Запад к привычке искать разрешение беларусского вопроса в Москве или в комплексе с российским — то есть мимо Минска и беларусских демсил. Официальному Минску пока как будто все равно, а вот для демсил это может вылиться в дополнительный и никому не нужный фронт бесконечных разъяснительных работ, которые они уже начали.